Преподаватели

bd06899bd419d4103e3695fff7805585.jpg
кандидат педагогических наук
декан факультета Менеджмент в сфере образования

1588c5a63bbf96002468c424dcc9457b.jpg
Доктор экономических наук
преподаватель


cfe607f08643866ffef1a2f89ad56cb9.jpg
MEd in Educational Policy and Management
Старший преподаватель, заместитель заведующей МКАЯ по бакалавриату

3dcc68713b0d627d27e8239ed33a4141.JPG
кандидат наук
преподаватель


783f3d2fdc594ae5c655733d96f33003.jpg
кандидат наук
преподаватель


b0672b73629e536484ac42c30b45d600.jpg
Доктор физико-математических наук, профессор
преподаватель


4afb9e693e5d5d87daee1ac9ac4a5064.jpg
доктор педагогических наук
преподаватель

cb6f85b75d018758cef10e9e87643f52.jpg
кандидат педагогических наук
преподаватель


bac236bade4c1a71eb93f710894c6668.jpg
Кандидат педагогических наук
преподаватель

db3f258788c26588c1caa68009293a10.jpg
кандидат наук
преподаватель


7767acfe7a8addc31b79316ef04a809b.jpg
Доктор психологических наук, кандидат юридических наук.
преподаватель


6cffc3f824aaee2b1bfe909615793888.jpg
доктор педагогических наук
профессор

3a7c4485f7d26091fdcf956f1bbc8146.jpg
кандидат психологических наук
Заведующая кафедрой управления дошкольным образованием



Будьте с нами
Контакты администратора
Черкашина Елена Завертяев Константин

		Array
(
    [ID] => 4
    [~ID] => 4
    [TIMESTAMP_X] => 13.09.2012 14:55:43
    [~TIMESTAMP_X] => 13.09.2012 14:55:43
    [IBLOCK_TYPE_ID] => content
    [~IBLOCK_TYPE_ID] => content
    [LID] => s1
    [~LID] => s1
    [CODE] => news
    [~CODE] => news
    [NAME] => Новости
    [~NAME] => Новости
    [ACTIVE] => Y
    [~ACTIVE] => Y
    [SORT] => 500
    [~SORT] => 500
    [LIST_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/about/news/
    [~LIST_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/about/news/
    [DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/about/news/#ID#/
    [~DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/about/news/#ID#/
    [SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/about/news/
    [~SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/about/news/
    [PICTURE] => 
    [~PICTURE] => 
    [DESCRIPTION] => 
    [~DESCRIPTION] => 
    [DESCRIPTION_TYPE] => text
    [~DESCRIPTION_TYPE] => text
    [RSS_TTL] => 24
    [~RSS_TTL] => 24
    [RSS_ACTIVE] => Y
    [~RSS_ACTIVE] => Y
    [RSS_FILE_ACTIVE] => N
    [~RSS_FILE_ACTIVE] => N
    [RSS_FILE_LIMIT] => 
    [~RSS_FILE_LIMIT] => 
    [RSS_FILE_DAYS] => 
    [~RSS_FILE_DAYS] => 
    [RSS_YANDEX_ACTIVE] => N
    [~RSS_YANDEX_ACTIVE] => N
    [XML_ID] => 4
    [~XML_ID] => 4
    [TMP_ID] => 
    [~TMP_ID] => 
    [INDEX_ELEMENT] => Y
    [~INDEX_ELEMENT] => Y
    [INDEX_SECTION] => Y
    [~INDEX_SECTION] => Y
    [WORKFLOW] => N
    [~WORKFLOW] => N
    [BIZPROC] => N
    [~BIZPROC] => N
    [SECTION_CHOOSER] => L
    [~SECTION_CHOOSER] => L
    [LIST_MODE] => 
    [~LIST_MODE] => 
    [RIGHTS_MODE] => S
    [~RIGHTS_MODE] => S
    [VERSION] => 1
    [~VERSION] => 1
    [LAST_CONV_ELEMENT] => 0
    [~LAST_CONV_ELEMENT] => 0
    [SOCNET_GROUP_ID] => 
    [~SOCNET_GROUP_ID] => 
    [EDIT_FILE_BEFORE] => 
    [~EDIT_FILE_BEFORE] => 
    [EDIT_FILE_AFTER] => 
    [~EDIT_FILE_AFTER] => 
    [SECTIONS_NAME] => Разделы
    [~SECTIONS_NAME] => Разделы
    [SECTION_NAME] => Раздел
    [~SECTION_NAME] => Раздел
    [ELEMENTS_NAME] => Элементы
    [~ELEMENTS_NAME] => Элементы
    [ELEMENT_NAME] => Элемент
    [~ELEMENT_NAME] => Элемент
    [SECTION_PROPERTY] => 
    [~SECTION_PROPERTY] => 
    [EXTERNAL_ID] => 4
    [~EXTERNAL_ID] => 4
    [LANG_DIR] => /
    [~LANG_DIR] => /
    [SERVER_NAME] => 
    [~SERVER_NAME] => 
    [USER_HAVE_ACCESS] => 1
    [SECTION] => 
    [ITEMS] => Array
        (
            [0] => Array
                (
                    [ID] => 4322
                    [~ID] => 4322
                    [IBLOCK_ID] => 4
                    [~IBLOCK_ID] => 4
                    [IBLOCK_SECTION_ID] => 
                    [~IBLOCK_SECTION_ID] => 
                    [NAME] => Инклюзивное дошкольное образование в России, на бумаге и в жизни. Интервью с коррекционным педагогом Елизаветой Кричевец
                    [~NAME] => Инклюзивное дошкольное образование в России, на бумаге и в жизни. Интервью с коррекционным педагогом Елизаветой Кричевец
                    [ACTIVE_FROM] => 25.04.2019
                    [~ACTIVE_FROM] => 25.04.2019
                    [DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4322/
                    [~DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4322/
                    [DETAIL_TEXT] => 
58442616_2280784558830225_6031717973033484288_n.jpg


Формально сады и школы уже инклюзивные — они обязаны принимать любых детей. Но по сути ещё идёт сопротивление — отсутствие навыков у воспитателей, их неумение работать в связке со специалистами, недостаток таких специалистов.

Мне рассказывали историю одной московской школы, где была очень продуктивная в смысле инклюзии начальная школа. Большой класс, включавший детей с ограниченными возможностями, и практически все успешно развивались. Но при переходе в 5 класс все проваливались. Там их никто не подхватывал, учителя средней школы были не готовы работать с этими детьми. Хотя школа та же самая!

Специалист по инклюзивному образованию, преподаватель МВШСЭН Елизавета Кричевец — о нежелании обычных педагогов работать с необычными детьми, самоорганизации родителей и инклюзивной образовательной среде, раскинувшейся на бумаге.




Как правило, проблемы с инклюзивным образованием начинаются гораздо раньше средней школы. Сегодня родители детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) могут прийти в обычную районную школу, и та обязана обеспечить особому ребёнку полноценную инклюзивную среду обучения. Но у многих школ нет на это ресурсов — нет ставок, специально обученных педагогов. А рядовые учителя не хотят и не умеют работать с такими детьми. В «лучшем случае» их сажают в обычный класс, где они неуспешны и не получают продуктивного для них образования — просто посещают.

Советская система специального образования в этом плане была довольно развитой. На дошкольном этапе дети с ОВЗ распределялись либо в коррекционные, либо в комбинированные сады. А оттуда — в одну из 8 типов специализированных школ: для детей с нарушениями слуха, интеллекта, зрения, речи, двигательными нарушениями. Плюсом этой системы были хорошо разработанные образовательные программы. Минусом — в неё вписывались не все дети: часть с наиболее тяжёлыми нарушениями признавалась необучаемой.

Упразднение спецшкол могло бы стать идеальным сценарием развития инклюзивного образования, при условии что их воспитанники смогли бы обучаться в спецклассах обычных общеобразовательных школ. Но реальность такова, что если ребёнок не попал в коррекционную школу, районная — несмотря на формальную обязанность — не в состоянии обеспечить ему должные условия.


В «лучшем случае» детей с ограниченными возможностями сажают в обычный класс, где они неуспешны и не получают продуктивного для них образования



Социальные навыки или учебная программа. На что делать акцент в инклюзивном образовании?


Нередко в работе с особыми детьми встаёт вопрос о приоритете навыков. Что ребёнку с ограниченными возможностями необходимо в первую очередь: освоение учебной программы или развитие когнитивных навыков, навыков коммуникации? Среди специалистов по инклюзии чаще звучит мнение, что социальные навыки для таких детей, безусловно, важнее.

Это общий тренд в инклюзивном образовании — делать акцент на развитии «мягких» навыков (soft skills): умении общаться и работать в группе, критическом мышлении, креативности. Вопрос в том, до какой степени их можно развить, чтобы особые дети чувствовали себя комфортно среди сверстников, придя в первый класс общеобразовательной школы.


Инклюзивное образование в широком смысле — это индивидуальный подход в коллективном обучении


Прогресс в развитии навыков общения и восприятия, конечно, зависит от конкретного ребёнка. Когда мы говорим особые дети, подразумеваем очень большую и неоднородную группу. Вспомните картину «Опять двойка»: зачастую обыкновенные, как нам кажется, двоечники — дети с какими-то когнитивными особенностями, как становится ясно теперь. Такое представление об особых детях расширяет и само понятие инклюзии. В широком смысле это индвидуальный подход в коллективном обучении, который можно описать известной формулой «От каждого по возможностям, каждому — по потребностям».


Елизавета Кричевец


Есть дети, которые нуждаются в поддержке логопеда или дефектолога, но при этом замечательно вписываются в группу по приходу в сад или школу. А есть дети с более выраженными особенностями или тяжёлыми нарушениями в развитии — может, они вообще не выйдут на уровень общения с одноклассниками. Континуум довольно большой.

Если ребёнок тяжёлый в развитии, инклюзивной для него будет группа сверстников, например, с речевыми нарушениями: на когнитивном уровне они находятся выше, а на коммуникативном — примерно на одном и том же. Но учебная программа нашего сложного ребёнка будет устроена иначе: он будет заниматься с тьютором в ресурсной группе и с посещать вместе со всеми отдельные предметы или внеклассные занятия. Здесь работает своего рода индивидуализация.


Как сейчас устроено инклюзивное дошкольное образование в России?


Фактически это ряд удачных кейсов, несистемный. Существуют отдельные детские сады, где создана инклюзивная среда: чуткие воспитатели и хороший коррекционный блок специалистов, которые развивают коммуникативные навыки у особых детей. Такие сады посещают и здоровые дети — обучение происходит во взаимодействии. В таком командном формате формируется программа его развития. Это то, что можно считать хорошим кейсом сегодня.

Есть ресурсные группы при детских садах, как в комплексе №2116 в Москве. Набираются группы из детей с расстройствами аутистического спектра (РАС), занимаются с тьюторами и, когда обучение подходит к той условной границе, где такие дети готовы идти на контакт, их постепенно начинают смешивать с обычными группами. Есть инклюзивные сады, где сразу формируются общие группы, но особые дети занимаются в них при участии различных специалистов.


Занятия в инклюзивном детском саду Дельфинёнок



У этих учреждений разная история. Одни были созданы некоммерческими организациями, другие — с участием государства, третьи — частная инициатива. Но если говорить исключительно о муниципальных садах, будут они инклюзивными или нет, сейчас зависит прежде всего от воли руководства конкретного учреждения. Единой политики того, что в каждом округе у нас будет спецшкола или ресурсный класс, нет.

Многое в этом отношении решает самоорганизация родителей особых детей. Бывает, что группа родителей, например, детей с РАС приходит в обычную школу и говорит: «Мы хотели бы создать у вас инклюзивный класс. У нас есть деньги на тьюторов, поддержка родительской ассоциации». Сейчас в Москве более 10 школ с такими инклюзивными классами.


Всё, что нужно, чтобы создать полноценную инклюзивную среду, — это финансовый ресурс, добрая воля и разумный подход, чтобы вписать каждого конкретного ребёнка!


Российская система образования в отношении инклюзии следует общемировой тенденции. Один из её сподвижников у нас, профессор Николай Малофеев, выпустил целый двухтомник о развитии специального образования и отношения к людям с ограниченными возможностями. Там прослеживается несколько крупных этапов: долгое время речь шла в первую очередь о праве на жизнь таких людей, и только к XX веку разгораются споры об их образовании. С этого времени начинают развиваться специализированные системы образования и в течение последних нескольких десятилетий мы постепенно переходим к интеграции в единые классы и инклюзивному обучению. В России об этом заговорили практически сразу после перестройки, когда в стране начали работать всевозможные общественные организации.

И в саду, и в школе образование для детей с ОВЗ методологически схоже. Есть сценарий, при котором один особый ребёнок приходит в группу или класс, ему обеспечивают соответствующие условия. Он ходит на занятия и дополнительно к дефектологу, логопеду или психологу. Тьютор в этом случае не требуется.

Когда таких детей достаточно много, формируется автономная группа или ресурсный класс. Дети в нём могут быть разные по уровню развития, нередко каждый занимается со своим тьютором. При этом они включаются в общие активности с обычными детьми — например, на внеклассных занятиях или физкультуре.


Занятия в инклюзивном детском саду Дельфинёнок



Есть особая форма инклюзивного обучения — ресурсная школа. Она не предназначена для посещения, там есть только специалисты. И обычные школы могут приглашать их к себе для занятий с особыми детьми. Это своего рода педагогический аутсорс.


Как педагог работает с особыми детьми в общей группе?


Нередко воспитатели в дошкольных учреждениях опасаются особых детей — не знают, что с ним делать, и считают, что такими детьми должны заниматься специалисты. Но трудности у детей в дошкольном возрасте — за исключением совсем тяжёлых — примерно одинаковы. Поэтому воспитателю нужно знать несколько простых ноу-хау.

Во-первых, ребёнок может просто не успевать усваивать информацию так же быстро, как остальные. Некоторым требуется чуть больше времени, чтобы включиться в сообщество, в коммуникацию, сориентироваться, понять, как что устроено.

Многие проблемы в коммуникации у особых детей связаны с гиперопекой. Представим, что у ребёнка в раннем возрасте диагностировали какое-то нарушение и сразу стали оказывать коррекционную помощь, что само по себе хорошо. Но как у нас устроена коррекционная среда? Ему говорят: «Возьми карандаш, нарисуй это. А теперь мы будем лепить. А теперь учиться надевать ботинки» и т.д. Нет никакой возможности проявить инициативу. С одной стороны, родительская гиперопека, с другой — инструкции специалистов. Навыки самовыражения в такой ситуации развиваются слабо.

У некоторых групп особых детей — в частности, с расстройствами аутистического спектра — на это накладывается своя специфика восприятия. Речь педагога или шум других детей в группе может звучать для них слишком громко или бессвязно — иногда детям с аутизмом даже надевают наушники. Как правило, у таких детей либо очень ограниченный, либо совсем отсутствующий словарный запас — выразить себя нечем. Значит, нужны альтернативные системы коммуникации — жестовая, карточная.

В смешанной группе справиться с такими трудностями позволяет визуализация — расписания, правил поведения, маркировка пространства. Детям с ОВЗ, которым зачастую тяжело даются любые перемены, это даёт ощущение предсказуемости событий, понятной среды. Плюс такие приёмы будут способствовать усвоению знаковой системы, а в будущем и письменной речи.

Возвращаясь к сенсорике, есть вещи, которые индивидуально привлекают особых детей: большие картонные коробки, пузыри, или они любят рвать бумагу, к примеру. В одном детском саду мы со студентами наблюдали общий мастер-класс, где участвовало несколько здоровых детей и мальчик с синдромом Дауна. Он рвал туалетную бумагу по перфорации — ему явно это очень нравилось. А остальные дети делали из обрывков аппликацию в виде дерева. Такая совместная активность — очень хорошая идея воспитателя!


Собственный выбор ребёнка — в основе инклюзивной среды


Важным элементом инклюзивного обучения остаётся собственный выбор ребёнка. В хорошей инклюзивной программе такой выбор есть у всех детей. Более того, известные дошкольные образовательные программы «Открытия», «ПРОдетей» основаны на том, что дети постоянно делают ответственный выбор по ходу обучения: в какой группе ты занимаешься, что будешь делать сегодня и т.п. И даже в случае с особыми детьми выбор у ребёнка зачастую облегчает педагогу жизнь: ну вот не нравится ему лепить, хоть тресни! Если есть выбор, лепить или складывать конструктор, почему не позволить ребёнку решить за себя?

Иногда ребёнок не умеет делать выбор — особенно когда он постоянно находится в ситуации гиперопеки. Тогда формирование этой способности тоже станет для него развивающей задачей. При этом дома у него может сохраняться привычный стереотип поведения, а самостоятельность, которой мы его учим, проявляться только в саду или школе. Но если в какой-то момент он и дома скажет «Нет, мам, я сам это сделаю» или «Я хочу не это, а то», это будет очень здорово.


Ну вот не нравится ему лепить, хоть тресни! Если есть выбор, почему не позволить ребёнку решить за себя?



Система поддержки при инклюзивном обучении


Инклюзивное обучение требует некоторой инфраструктуры. Кому-то из детей с ОВЗ для занятий нужен тьютор, кому-то из-за физических ограничений необходим ассистент, в отдельных случаях одному ребёнку может понадобиться и тот, и другой специалист одновременно.

Тьютор — это специалист, помогающий особым детям в группе осваивать программу. Он необходим в особых случаях — например, детям с лёгкой формой аутизма или задержкой в развитии тьютор не требуется. Поэтому я считаю, что воспитатели должны иметь базовые навыки общения с особыми детьми. Но они есть у любого педагога, кто понимает, что все дети разные и к каждому нужен особый подход.

Инфраструктурные проблемы связаны в основном с недофинансированием. Найти педагогов всегда легче, чем деньги. Есть, конечно, какие-то финансовые коэффициенты на основе заключения психолого-медико-педагогической комиссии. Но такого, чтобы вместе с особым ребёнком в школу поступала куча денег, разумеется, нет. Это пока решается с помощью родительских организаций.

Всё, что нужно, чтобы создать полноценную инклюзивную среду в детских садах и школах, — это финансовый ресурс, добрая воля и разумный подход, чтобы вписать каждого конкретного ребёнка! Политическое решение уже есть.


Сопротивление со стороны педагогов и родителей. Кто не готов к инклюзивной среде обучения?


Безусловно, в инклюзивной группе или классе обычной школы нужно проводить работу и по сплочению родителей, и по сплочению детей. Это необходимый элемент системы инклюзивного образования.

Я чаще сталкиваюсь с сопротивлением педагогов. 2 года назад мы с профессором Еленой Юдиной проводили исследование представлений о школьной готовности среди родителей, воспитателей и учителей начальной школы (каким должен быть ребёнок, готовый к школе, и как его к этому готовить). И когда в группе учителей возникла инклюзивная тема, мы увидели резкий протест. «Вот нам сейчас посадят этих аутистов! Раньше мы могли обязать их пойти на ПМПК, вывезти в спецшколу» и т.п. Они, видимо, чувствуют себя обязанными выполнять какие-то общие требования: чтобы все дети написали контрольные и пр. А приходят дети, которые никакие контрольные писать не могут, и учителя, естественно, теряются.

Мы совсем не ожидали, что в портрете ребёнка, не готового к школе, так ярко вспыхнет инклюзивная тема, что ребёнок с ограниченными возможностями или особенностями в развитии к школе якобы не готов. Но дальше было ещё интереснее: в одном регионе мы дали родителям анкету на ту же тему, где нужно было проранжировать черты ребёнка, не готового к школе.

И добавили в варианты ответов пункт, когда ребёнок с психоневрологическими нарушениями. Этот пункт вышел на одно из первых мест. Родителей это тоже очень пугает! Это означает, что это своего рода красная тряпка, на которую родители среагировали — испугались, что в классе окажется особый ребёнок, а их собственный чего-то недополучит.


«Вот нам сейчас посадят этих аутистов!». Учителя чувствуют себя обязанными выполнять общие требования: чтобы все дети написали контрольные и пр. А приходят дети, которые никакие контрольные писать не могут


А для педагогов в садах и школе инклюзивное образование — история про лишние сложности. Когда нужно потратить больше времени, потому что у тебя в группе дети с ОВЗ, трудно сделать что-то из того, что можно предпринять с классом обычных детей и т.п.

О новой концепции инклюзивного образования Минобрнауки РФ


Эту концепцию разрабатывали в основном специалисты по коррекционной педагогике, и в ней ни разу не встречается слово «инклюзия». Она представляет собой проект того, что будет с образованием особых детей.

Пишут, что будет развиваться ранняя помощь: дети будут получать её или в семье, или на основе центра — это шаг вперёд, потому что раньше система образования особых детей практически не учитывала ранний возраст, только в экспериментальном формате. Только в 2016 году была разработана концепция развития ранней помощи — регионы обязали развивать её на основе межведомственного взаимодействия.

Что ещё нового сказано в концепции про дошкольное инклюзивное образование, это важность эмоционального благополучия в семьях с особыми детьми, что для них будет сохраняться специальное образование, что начальная школа должна развивать не только академические, но и жизненные компетенции. Это тоже шаг вперёд. Но слова «инклюзия» здесь по-прежнему нет.
[~DETAIL_TEXT] =>
58442616_2280784558830225_6031717973033484288_n.jpg


Формально сады и школы уже инклюзивные — они обязаны принимать любых детей. Но по сути ещё идёт сопротивление — отсутствие навыков у воспитателей, их неумение работать в связке со специалистами, недостаток таких специалистов.

Мне рассказывали историю одной московской школы, где была очень продуктивная в смысле инклюзии начальная школа. Большой класс, включавший детей с ограниченными возможностями, и практически все успешно развивались. Но при переходе в 5 класс все проваливались. Там их никто не подхватывал, учителя средней школы были не готовы работать с этими детьми. Хотя школа та же самая!

Специалист по инклюзивному образованию, преподаватель МВШСЭН Елизавета Кричевец — о нежелании обычных педагогов работать с необычными детьми, самоорганизации родителей и инклюзивной образовательной среде, раскинувшейся на бумаге.




Как правило, проблемы с инклюзивным образованием начинаются гораздо раньше средней школы. Сегодня родители детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) могут прийти в обычную районную школу, и та обязана обеспечить особому ребёнку полноценную инклюзивную среду обучения. Но у многих школ нет на это ресурсов — нет ставок, специально обученных педагогов. А рядовые учителя не хотят и не умеют работать с такими детьми. В «лучшем случае» их сажают в обычный класс, где они неуспешны и не получают продуктивного для них образования — просто посещают.

Советская система специального образования в этом плане была довольно развитой. На дошкольном этапе дети с ОВЗ распределялись либо в коррекционные, либо в комбинированные сады. А оттуда — в одну из 8 типов специализированных школ: для детей с нарушениями слуха, интеллекта, зрения, речи, двигательными нарушениями. Плюсом этой системы были хорошо разработанные образовательные программы. Минусом — в неё вписывались не все дети: часть с наиболее тяжёлыми нарушениями признавалась необучаемой.

Упразднение спецшкол могло бы стать идеальным сценарием развития инклюзивного образования, при условии что их воспитанники смогли бы обучаться в спецклассах обычных общеобразовательных школ. Но реальность такова, что если ребёнок не попал в коррекционную школу, районная — несмотря на формальную обязанность — не в состоянии обеспечить ему должные условия.


В «лучшем случае» детей с ограниченными возможностями сажают в обычный класс, где они неуспешны и не получают продуктивного для них образования



Социальные навыки или учебная программа. На что делать акцент в инклюзивном образовании?


Нередко в работе с особыми детьми встаёт вопрос о приоритете навыков. Что ребёнку с ограниченными возможностями необходимо в первую очередь: освоение учебной программы или развитие когнитивных навыков, навыков коммуникации? Среди специалистов по инклюзии чаще звучит мнение, что социальные навыки для таких детей, безусловно, важнее.

Это общий тренд в инклюзивном образовании — делать акцент на развитии «мягких» навыков (soft skills): умении общаться и работать в группе, критическом мышлении, креативности. Вопрос в том, до какой степени их можно развить, чтобы особые дети чувствовали себя комфортно среди сверстников, придя в первый класс общеобразовательной школы.


Инклюзивное образование в широком смысле — это индивидуальный подход в коллективном обучении


Прогресс в развитии навыков общения и восприятия, конечно, зависит от конкретного ребёнка. Когда мы говорим особые дети, подразумеваем очень большую и неоднородную группу. Вспомните картину «Опять двойка»: зачастую обыкновенные, как нам кажется, двоечники — дети с какими-то когнитивными особенностями, как становится ясно теперь. Такое представление об особых детях расширяет и само понятие инклюзии. В широком смысле это индвидуальный подход в коллективном обучении, который можно описать известной формулой «От каждого по возможностям, каждому — по потребностям».


Елизавета Кричевец


Есть дети, которые нуждаются в поддержке логопеда или дефектолога, но при этом замечательно вписываются в группу по приходу в сад или школу. А есть дети с более выраженными особенностями или тяжёлыми нарушениями в развитии — может, они вообще не выйдут на уровень общения с одноклассниками. Континуум довольно большой.

Если ребёнок тяжёлый в развитии, инклюзивной для него будет группа сверстников, например, с речевыми нарушениями: на когнитивном уровне они находятся выше, а на коммуникативном — примерно на одном и том же. Но учебная программа нашего сложного ребёнка будет устроена иначе: он будет заниматься с тьютором в ресурсной группе и с посещать вместе со всеми отдельные предметы или внеклассные занятия. Здесь работает своего рода индивидуализация.


Как сейчас устроено инклюзивное дошкольное образование в России?


Фактически это ряд удачных кейсов, несистемный. Существуют отдельные детские сады, где создана инклюзивная среда: чуткие воспитатели и хороший коррекционный блок специалистов, которые развивают коммуникативные навыки у особых детей. Такие сады посещают и здоровые дети — обучение происходит во взаимодействии. В таком командном формате формируется программа его развития. Это то, что можно считать хорошим кейсом сегодня.

Есть ресурсные группы при детских садах, как в комплексе №2116 в Москве. Набираются группы из детей с расстройствами аутистического спектра (РАС), занимаются с тьюторами и, когда обучение подходит к той условной границе, где такие дети готовы идти на контакт, их постепенно начинают смешивать с обычными группами. Есть инклюзивные сады, где сразу формируются общие группы, но особые дети занимаются в них при участии различных специалистов.


Занятия в инклюзивном детском саду Дельфинёнок



У этих учреждений разная история. Одни были созданы некоммерческими организациями, другие — с участием государства, третьи — частная инициатива. Но если говорить исключительно о муниципальных садах, будут они инклюзивными или нет, сейчас зависит прежде всего от воли руководства конкретного учреждения. Единой политики того, что в каждом округе у нас будет спецшкола или ресурсный класс, нет.

Многое в этом отношении решает самоорганизация родителей особых детей. Бывает, что группа родителей, например, детей с РАС приходит в обычную школу и говорит: «Мы хотели бы создать у вас инклюзивный класс. У нас есть деньги на тьюторов, поддержка родительской ассоциации». Сейчас в Москве более 10 школ с такими инклюзивными классами.


Всё, что нужно, чтобы создать полноценную инклюзивную среду, — это финансовый ресурс, добрая воля и разумный подход, чтобы вписать каждого конкретного ребёнка!


Российская система образования в отношении инклюзии следует общемировой тенденции. Один из её сподвижников у нас, профессор Николай Малофеев, выпустил целый двухтомник о развитии специального образования и отношения к людям с ограниченными возможностями. Там прослеживается несколько крупных этапов: долгое время речь шла в первую очередь о праве на жизнь таких людей, и только к XX веку разгораются споры об их образовании. С этого времени начинают развиваться специализированные системы образования и в течение последних нескольких десятилетий мы постепенно переходим к интеграции в единые классы и инклюзивному обучению. В России об этом заговорили практически сразу после перестройки, когда в стране начали работать всевозможные общественные организации.

И в саду, и в школе образование для детей с ОВЗ методологически схоже. Есть сценарий, при котором один особый ребёнок приходит в группу или класс, ему обеспечивают соответствующие условия. Он ходит на занятия и дополнительно к дефектологу, логопеду или психологу. Тьютор в этом случае не требуется.

Когда таких детей достаточно много, формируется автономная группа или ресурсный класс. Дети в нём могут быть разные по уровню развития, нередко каждый занимается со своим тьютором. При этом они включаются в общие активности с обычными детьми — например, на внеклассных занятиях или физкультуре.


Занятия в инклюзивном детском саду Дельфинёнок



Есть особая форма инклюзивного обучения — ресурсная школа. Она не предназначена для посещения, там есть только специалисты. И обычные школы могут приглашать их к себе для занятий с особыми детьми. Это своего рода педагогический аутсорс.


Как педагог работает с особыми детьми в общей группе?


Нередко воспитатели в дошкольных учреждениях опасаются особых детей — не знают, что с ним делать, и считают, что такими детьми должны заниматься специалисты. Но трудности у детей в дошкольном возрасте — за исключением совсем тяжёлых — примерно одинаковы. Поэтому воспитателю нужно знать несколько простых ноу-хау.

Во-первых, ребёнок может просто не успевать усваивать информацию так же быстро, как остальные. Некоторым требуется чуть больше времени, чтобы включиться в сообщество, в коммуникацию, сориентироваться, понять, как что устроено.

Многие проблемы в коммуникации у особых детей связаны с гиперопекой. Представим, что у ребёнка в раннем возрасте диагностировали какое-то нарушение и сразу стали оказывать коррекционную помощь, что само по себе хорошо. Но как у нас устроена коррекционная среда? Ему говорят: «Возьми карандаш, нарисуй это. А теперь мы будем лепить. А теперь учиться надевать ботинки» и т.д. Нет никакой возможности проявить инициативу. С одной стороны, родительская гиперопека, с другой — инструкции специалистов. Навыки самовыражения в такой ситуации развиваются слабо.

У некоторых групп особых детей — в частности, с расстройствами аутистического спектра — на это накладывается своя специфика восприятия. Речь педагога или шум других детей в группе может звучать для них слишком громко или бессвязно — иногда детям с аутизмом даже надевают наушники. Как правило, у таких детей либо очень ограниченный, либо совсем отсутствующий словарный запас — выразить себя нечем. Значит, нужны альтернативные системы коммуникации — жестовая, карточная.

В смешанной группе справиться с такими трудностями позволяет визуализация — расписания, правил поведения, маркировка пространства. Детям с ОВЗ, которым зачастую тяжело даются любые перемены, это даёт ощущение предсказуемости событий, понятной среды. Плюс такие приёмы будут способствовать усвоению знаковой системы, а в будущем и письменной речи.

Возвращаясь к сенсорике, есть вещи, которые индивидуально привлекают особых детей: большие картонные коробки, пузыри, или они любят рвать бумагу, к примеру. В одном детском саду мы со студентами наблюдали общий мастер-класс, где участвовало несколько здоровых детей и мальчик с синдромом Дауна. Он рвал туалетную бумагу по перфорации — ему явно это очень нравилось. А остальные дети делали из обрывков аппликацию в виде дерева. Такая совместная активность — очень хорошая идея воспитателя!


Собственный выбор ребёнка — в основе инклюзивной среды


Важным элементом инклюзивного обучения остаётся собственный выбор ребёнка. В хорошей инклюзивной программе такой выбор есть у всех детей. Более того, известные дошкольные образовательные программы «Открытия», «ПРОдетей» основаны на том, что дети постоянно делают ответственный выбор по ходу обучения: в какой группе ты занимаешься, что будешь делать сегодня и т.п. И даже в случае с особыми детьми выбор у ребёнка зачастую облегчает педагогу жизнь: ну вот не нравится ему лепить, хоть тресни! Если есть выбор, лепить или складывать конструктор, почему не позволить ребёнку решить за себя?

Иногда ребёнок не умеет делать выбор — особенно когда он постоянно находится в ситуации гиперопеки. Тогда формирование этой способности тоже станет для него развивающей задачей. При этом дома у него может сохраняться привычный стереотип поведения, а самостоятельность, которой мы его учим, проявляться только в саду или школе. Но если в какой-то момент он и дома скажет «Нет, мам, я сам это сделаю» или «Я хочу не это, а то», это будет очень здорово.


Ну вот не нравится ему лепить, хоть тресни! Если есть выбор, почему не позволить ребёнку решить за себя?



Система поддержки при инклюзивном обучении


Инклюзивное обучение требует некоторой инфраструктуры. Кому-то из детей с ОВЗ для занятий нужен тьютор, кому-то из-за физических ограничений необходим ассистент, в отдельных случаях одному ребёнку может понадобиться и тот, и другой специалист одновременно.

Тьютор — это специалист, помогающий особым детям в группе осваивать программу. Он необходим в особых случаях — например, детям с лёгкой формой аутизма или задержкой в развитии тьютор не требуется. Поэтому я считаю, что воспитатели должны иметь базовые навыки общения с особыми детьми. Но они есть у любого педагога, кто понимает, что все дети разные и к каждому нужен особый подход.

Инфраструктурные проблемы связаны в основном с недофинансированием. Найти педагогов всегда легче, чем деньги. Есть, конечно, какие-то финансовые коэффициенты на основе заключения психолого-медико-педагогической комиссии. Но такого, чтобы вместе с особым ребёнком в школу поступала куча денег, разумеется, нет. Это пока решается с помощью родительских организаций.

Всё, что нужно, чтобы создать полноценную инклюзивную среду в детских садах и школах, — это финансовый ресурс, добрая воля и разумный подход, чтобы вписать каждого конкретного ребёнка! Политическое решение уже есть.


Сопротивление со стороны педагогов и родителей. Кто не готов к инклюзивной среде обучения?


Безусловно, в инклюзивной группе или классе обычной школы нужно проводить работу и по сплочению родителей, и по сплочению детей. Это необходимый элемент системы инклюзивного образования.

Я чаще сталкиваюсь с сопротивлением педагогов. 2 года назад мы с профессором Еленой Юдиной проводили исследование представлений о школьной готовности среди родителей, воспитателей и учителей начальной школы (каким должен быть ребёнок, готовый к школе, и как его к этому готовить). И когда в группе учителей возникла инклюзивная тема, мы увидели резкий протест. «Вот нам сейчас посадят этих аутистов! Раньше мы могли обязать их пойти на ПМПК, вывезти в спецшколу» и т.п. Они, видимо, чувствуют себя обязанными выполнять какие-то общие требования: чтобы все дети написали контрольные и пр. А приходят дети, которые никакие контрольные писать не могут, и учителя, естественно, теряются.

Мы совсем не ожидали, что в портрете ребёнка, не готового к школе, так ярко вспыхнет инклюзивная тема, что ребёнок с ограниченными возможностями или особенностями в развитии к школе якобы не готов. Но дальше было ещё интереснее: в одном регионе мы дали родителям анкету на ту же тему, где нужно было проранжировать черты ребёнка, не готового к школе.

И добавили в варианты ответов пункт, когда ребёнок с психоневрологическими нарушениями. Этот пункт вышел на одно из первых мест. Родителей это тоже очень пугает! Это означает, что это своего рода красная тряпка, на которую родители среагировали — испугались, что в классе окажется особый ребёнок, а их собственный чего-то недополучит.


«Вот нам сейчас посадят этих аутистов!». Учителя чувствуют себя обязанными выполнять общие требования: чтобы все дети написали контрольные и пр. А приходят дети, которые никакие контрольные писать не могут


А для педагогов в садах и школе инклюзивное образование — история про лишние сложности. Когда нужно потратить больше времени, потому что у тебя в группе дети с ОВЗ, трудно сделать что-то из того, что можно предпринять с классом обычных детей и т.п.

О новой концепции инклюзивного образования Минобрнауки РФ


Эту концепцию разрабатывали в основном специалисты по коррекционной педагогике, и в ней ни разу не встречается слово «инклюзия». Она представляет собой проект того, что будет с образованием особых детей.

Пишут, что будет развиваться ранняя помощь: дети будут получать её или в семье, или на основе центра — это шаг вперёд, потому что раньше система образования особых детей практически не учитывала ранний возраст, только в экспериментальном формате. Только в 2016 году была разработана концепция развития ранней помощи — регионы обязали развивать её на основе межведомственного взаимодействия.

Что ещё нового сказано в концепции про дошкольное инклюзивное образование, это важность эмоционального благополучия в семьях с особыми детьми, что для них будет сохраняться специальное образование, что начальная школа должна развивать не только академические, но и жизненные компетенции. Это тоже шаг вперёд. Но слова «инклюзия» здесь по-прежнему нет.
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [PREVIEW_PICTURE] => [~PREVIEW_PICTURE] => [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [CODE] => [~CODE] => [EXTERNAL_ID] => 4322 [~EXTERNAL_ID] => 4322 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => news [~IBLOCK_CODE] => news [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [LID] => s1 [~LID] => s1 [EDIT_LINK] => [DELETE_LINK] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 25.04.2019 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( ) [PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14604 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => ) [VIDEO] => Array ( [ID] => 11 [TIMESTAMP_X] => 2012-09-13 14:55:43 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Видео [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => VIDEO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 10 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 11 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Видео [~DEFAULT_VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14604 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => Менеджмент в сфере образования [LINK_ELEMENT_VALUE] => ) ) ) [1] => Array ( [ID] => 4296 [~ID] => 4296 [IBLOCK_ID] => 4 [~IBLOCK_ID] => 4 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [NAME] => «Вся наша образовательная политика про детей, в ней мало что сказано о взрослых». Интервью с куратором управленческой стодневки для школьных педагогов [~NAME] => «Вся наша образовательная политика про детей, в ней мало что сказано о взрослых». Интервью с куратором управленческой стодневки для школьных педагогов [ACTIVE_FROM] => 01.04.2019 [~ACTIVE_FROM] => 01.04.2019 [DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4296/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4296/ [DETAIL_TEXT] =>
Интервью с куратором управленческой стодневки для школьных педагогов

После выпуска из Шанинки Екатерина Куксо сменила бизнес-консалтинг на работу с педагогами в региональных школах. Там она внедряет методику управленческой стодневки, которая позволяет учителям анализировать свою работу в классе и повышать успехи учеников. Сегодня методикой, внедрение которой курирует Екатерина, пользуются сотни школ по всей России.



Во время учёбы в Шанинке я писала диссертацию, основанную на исследовании социального капитала школ и дошкольных образовательных учреждений. «Управленческая стодневка» — прикладное развитие того исследования. Учителя и руководители школ принимают в нём участие и получают автоматизированный отчёт о том, как педагоги взаимодействуют друг с другом. Мы формируем управленческие модели, рекомендации, чтобы улучшить это взаимодействие и сделать его полезным для учащихся.

Школы и ДОУ внедряют нашу кураторскую методику в течение 3 месяцев, поэтому мы называем её «Управленческой стодневкой». Она направлена на то, чтобы учителя могли учиться и перенимать опыт друг у друга, чтобы переформатировать методическую работу в школе с устаревших моделей, не решающих тех задач, что на них возложены, на более эффективные.

Например, педагогам ставится задача — посмотреть, кого из учащихся его коллега вызывает к доске, к кому он обращается на уроке. Для этого у наблюдателя есть план класса, на котором он фиксирует эти данные. Когда потом они анализируют лист наблюдения вместе с куратором, видно, что учитель взаимодействует не со всем классом, а лишь с весьма ограниченной его зоной. Если попросить заочно обозначить на плане класса учеников, которые присутствовали на уроке, и указать, кто из них относится к преуспевающим, кто — к средним, а кто к отстающим, станет ясно, что педагогу приятнее и проще работать только с сильными учениками — теми, кто тянет руку и чисто физически находится на первом плане (сидит в первых рядах). Это, естественно, ведёт к дискриминации других учеников, которые, по сути, больше нуждаются во внимании.

В результате дети, которые менее активны на уроках или меньше нравятся учителям, год за годом отстают всё больше. Возникает так называемый эффект Матфея, когда дети, и без того обделённые вниманием учителя, вовсе оказываются вне поля зрения. На языке экономики это называется «бедные беднеют, а богатые богатеют».


Педагогу приятнее и проще работать только с сильными учениками — теми, кто тянет руку и чисто физически находится на первом плане. Это, естественно, ведёт к дискриминации других учеников


Одна из основных предпосылок нашей кураторской методики — смещение акцента на то, что происходит с учениками. Вообще-то это аксиома, о которой известно ещё с 1960-х гг.: педагог не умышленно чаще взаимодействует с теми детьми, которых он, условно, считает «своими». Такая подсознательная дискриминация.

Несколько лет назад, когда мы тестировали протоколы, я присутствовала на уроке физики у одной заслуженной учительницы в Москве. Для неё наши протоколы стали своего рода вызовом — получилось так, что в классе обнаружился некий троечник Тихон, который всегда прозябает где-то на задней парте и мало интересуется тем, что происходит на уроке. По протоколу стало видно, что за урок она к нему ни разу не обратилась. И решила исправить для себя эту ситуацию.

В случае с Тихоном это имело огромный эффект. Просто то, что учитель стал уделять больше внимания, например, давал возможность прочитать задачу, ответить, привело к тому, что ученик совершенно расцвёл, перешёл с троек на четвёрку, попросил книги по физике, начал хорошо писать лабораторные работы и через пару лет поступил в колледж по информатике. Это показательный индивидуальный эффект от внедрения кураторской методики в школе. Она предполагает не столько контроль, сколько обучение в атмосфере доверия, создание культуры и практики доверия в школе.

Протокол работы с учениками на уроке


Как правило, мы подбираем пары учителей, а к ним — куратора. Куратор играет роль медиатора: он не посещает занятия педагогов, а организует их последующие обсуждения. Это и отличает нашу методику от классических моделей наставничества: учителя сами анализируют работу друг друга, используя специальные протоколы наблюдения.

Как, скажем, проходит традиционное наблюдение? Кто-то из администрации школы раз в полгода приходит на открытый урок и в конце говорит, понравилось ему или нет. При этом обратная связь исчерпывается рекомендациями, например, помедленнее объяснять или не сидеть за столом весь урок.

Когда мы наблюдаем за конкретным аспектом и делаем это на основе конкретных данных, выводы получаются более осмысленными и содержательными, чем интерпретации в диапазоне нравится/не нравится. Здесь важно то, что учителя получают их от своих коллег, а куратор лишь помогает нащупать отношение к установленным фактам: как они хотели бы — или, наоборот, не хотели бы — изменить ситуацию, какие педагогические приёмы могут в этом помочь и т.п.


Несмотря на то, что официально школы рапортуют, что образовательные стандарты внедрены, все понимают, что урок каким был, таким и остался


Управленческая команда школы тоже принимает участие в стодневке. Еженедельно директор и завуч получают задания — подобрать пары (учителей), согласовать их расписание, выбрать куратора, согласовать набор протоколов для наблюдения, провести показательную встречу — и так в течение всех 3 месяцев.

Мы провели около 15 стодневок — в них приняло участие приблизительно 400 школ и 1500 — 2000 преподавателей. Многие из тех, кто освоил кураторскую методику и внедрил у себя в школе её результаты, сейчас сами выступают в роли кураторов. Стодневку могут проходить одновременно от 15 до 50 образовательных учреждений, от каждого — по 4-5 человек. Обычно это директор, завуч, его заместитель, кто-то из административных работников или ведущих преподавателей.

На самом деле в основу российских стандартов образования заложены идеи про деятельное обучение — о том, что ученик должен быть активным, что урок — не сольное выступление учителя, а прежде всего внутренняя работа ученика. Но несмотря на то, что официально школы рапортуют, что эти стандарты внедрены, все понимают, что урок каким был, таким и остался. Это ясно по нашим протоколам: ученик — далеко не самый активный участник на уроке.

Екатерина Куксо


В 1964 г. американский социолог Джэймс Коулман по заданию Национальной комиссии по образованию США провёл исследование, результаты которого говорили о том, что школа играет весьма незначительную роль в успехах ребёнка в обучении. Гораздо более сильными оказались социальные факторы, например, социально-экономический статус его родителей. В 1970-х гг. его соотечественник Роберт Розенталь описал психологический феномен, получивший название эффект Пигмалиона. Он сводится к тому, что ожидания по отношению к личности определяют характер её действий и интерпретацию отношения окружающих. Это означает, что чем меньше учитель взаимодействует с учеником, считая его безнадёжным, тем более вероятно, что тот будет следовать этим ожиданиям.


Если учителя не умеют взаимодействовать друг с другом, ставить конкретные цели и давать обратную связь, то нет и предпосылок к тому, чтобы они умели это делать с учениками


Открытие Розенталя перекликалось с исследованием Коулмана — они дали начало движению TESA в Америке, Teacher Expectations Students Achievements. В России сегодня есть похожее направление «Эффективная школа», которое курирует НИУ ВШЭ.

К сожалению, у нас нет статистики того, как школы внедряют и используют нашу кураторскую методику после прохождения стодневки. Но это обусловлено тем, что они зачастую адаптируют её под себя. Например, в известной екатеринбургской гимназии «Корифей» стодневка трансформировалась в проект о внутренних факторах роста, который сохранил в себе исследование урока. В какой-то момент школы, где была опробована методика, подхватили её, стали развивать — заработало сарафанное радио, теперь эту идеологию транслируем не только мы.

Наш курс — это коммерческий продукт, но школы часто реализуют его за счёт муниципального или регионального бюджета. Речь в основном о региональных школах, столичное образование — это совершенно иной контекст. У нас было несколько школ из Москвы, чуть больше — из Петербурга, но больше всего мы заметны в Екатеринбурге, Калининграде, Татарстане.

В наших стодневках мы делаем ставку на учителей с большим стажем — они становятся кураторами для обучающихся педагогов. Для куратора таким образом многие вещи оказываются в зоне наблюдения. Он видит протоколы, которые должен обсудить с учителями, и понимает: ага, у меня, возможно, тоже есть такая проблема!

Мне кажется, если учителя не умеют взаимодействовать друг с другом, ставить конкретные цели и давать обратную связь, то нет и предпосылок к тому, чтобы они умели это делать с учениками. Но в официальных образовательных стандартах рекомендаций, как учителям добиться этого, нет. Вся наша образовательная политика про детей, в ней мало что сказано о взрослых.

Ещё один из недостатков существующей системы методической поддержки школ — высокая степень изолированности учителей. Школьно-методические объединения, кафедры занимаются бумагами и подготовкой календарно-тематических планов, а работа по анализу урока остаётся на заднем плане. При том что есть огромный потенциал педагогов-лидеров — учителей, которые пользуются авторитетом в школах, но не занимают управленческие должности. Вокруг них складываются неформальные группы, они не только аккумулируют интерес к себе, но и проявляют его. Поэтому наша задача — задействовать неиспользованный потенциал внутреннего лидерства в школах, и кураторская методика позволяет это делать.
[~DETAIL_TEXT] =>
Интервью с куратором управленческой стодневки для школьных педагогов

После выпуска из Шанинки Екатерина Куксо сменила бизнес-консалтинг на работу с педагогами в региональных школах. Там она внедряет методику управленческой стодневки, которая позволяет учителям анализировать свою работу в классе и повышать успехи учеников. Сегодня методикой, внедрение которой курирует Екатерина, пользуются сотни школ по всей России.



Во время учёбы в Шанинке я писала диссертацию, основанную на исследовании социального капитала школ и дошкольных образовательных учреждений. «Управленческая стодневка» — прикладное развитие того исследования. Учителя и руководители школ принимают в нём участие и получают автоматизированный отчёт о том, как педагоги взаимодействуют друг с другом. Мы формируем управленческие модели, рекомендации, чтобы улучшить это взаимодействие и сделать его полезным для учащихся.

Школы и ДОУ внедряют нашу кураторскую методику в течение 3 месяцев, поэтому мы называем её «Управленческой стодневкой». Она направлена на то, чтобы учителя могли учиться и перенимать опыт друг у друга, чтобы переформатировать методическую работу в школе с устаревших моделей, не решающих тех задач, что на них возложены, на более эффективные.

Например, педагогам ставится задача — посмотреть, кого из учащихся его коллега вызывает к доске, к кому он обращается на уроке. Для этого у наблюдателя есть план класса, на котором он фиксирует эти данные. Когда потом они анализируют лист наблюдения вместе с куратором, видно, что учитель взаимодействует не со всем классом, а лишь с весьма ограниченной его зоной. Если попросить заочно обозначить на плане класса учеников, которые присутствовали на уроке, и указать, кто из них относится к преуспевающим, кто — к средним, а кто к отстающим, станет ясно, что педагогу приятнее и проще работать только с сильными учениками — теми, кто тянет руку и чисто физически находится на первом плане (сидит в первых рядах). Это, естественно, ведёт к дискриминации других учеников, которые, по сути, больше нуждаются во внимании.

В результате дети, которые менее активны на уроках или меньше нравятся учителям, год за годом отстают всё больше. Возникает так называемый эффект Матфея, когда дети, и без того обделённые вниманием учителя, вовсе оказываются вне поля зрения. На языке экономики это называется «бедные беднеют, а богатые богатеют».


Педагогу приятнее и проще работать только с сильными учениками — теми, кто тянет руку и чисто физически находится на первом плане. Это, естественно, ведёт к дискриминации других учеников


Одна из основных предпосылок нашей кураторской методики — смещение акцента на то, что происходит с учениками. Вообще-то это аксиома, о которой известно ещё с 1960-х гг.: педагог не умышленно чаще взаимодействует с теми детьми, которых он, условно, считает «своими». Такая подсознательная дискриминация.

Несколько лет назад, когда мы тестировали протоколы, я присутствовала на уроке физики у одной заслуженной учительницы в Москве. Для неё наши протоколы стали своего рода вызовом — получилось так, что в классе обнаружился некий троечник Тихон, который всегда прозябает где-то на задней парте и мало интересуется тем, что происходит на уроке. По протоколу стало видно, что за урок она к нему ни разу не обратилась. И решила исправить для себя эту ситуацию.

В случае с Тихоном это имело огромный эффект. Просто то, что учитель стал уделять больше внимания, например, давал возможность прочитать задачу, ответить, привело к тому, что ученик совершенно расцвёл, перешёл с троек на четвёрку, попросил книги по физике, начал хорошо писать лабораторные работы и через пару лет поступил в колледж по информатике. Это показательный индивидуальный эффект от внедрения кураторской методики в школе. Она предполагает не столько контроль, сколько обучение в атмосфере доверия, создание культуры и практики доверия в школе.

Протокол работы с учениками на уроке


Как правило, мы подбираем пары учителей, а к ним — куратора. Куратор играет роль медиатора: он не посещает занятия педагогов, а организует их последующие обсуждения. Это и отличает нашу методику от классических моделей наставничества: учителя сами анализируют работу друг друга, используя специальные протоколы наблюдения.

Как, скажем, проходит традиционное наблюдение? Кто-то из администрации школы раз в полгода приходит на открытый урок и в конце говорит, понравилось ему или нет. При этом обратная связь исчерпывается рекомендациями, например, помедленнее объяснять или не сидеть за столом весь урок.

Когда мы наблюдаем за конкретным аспектом и делаем это на основе конкретных данных, выводы получаются более осмысленными и содержательными, чем интерпретации в диапазоне нравится/не нравится. Здесь важно то, что учителя получают их от своих коллег, а куратор лишь помогает нащупать отношение к установленным фактам: как они хотели бы — или, наоборот, не хотели бы — изменить ситуацию, какие педагогические приёмы могут в этом помочь и т.п.


Несмотря на то, что официально школы рапортуют, что образовательные стандарты внедрены, все понимают, что урок каким был, таким и остался


Управленческая команда школы тоже принимает участие в стодневке. Еженедельно директор и завуч получают задания — подобрать пары (учителей), согласовать их расписание, выбрать куратора, согласовать набор протоколов для наблюдения, провести показательную встречу — и так в течение всех 3 месяцев.

Мы провели около 15 стодневок — в них приняло участие приблизительно 400 школ и 1500 — 2000 преподавателей. Многие из тех, кто освоил кураторскую методику и внедрил у себя в школе её результаты, сейчас сами выступают в роли кураторов. Стодневку могут проходить одновременно от 15 до 50 образовательных учреждений, от каждого — по 4-5 человек. Обычно это директор, завуч, его заместитель, кто-то из административных работников или ведущих преподавателей.

На самом деле в основу российских стандартов образования заложены идеи про деятельное обучение — о том, что ученик должен быть активным, что урок — не сольное выступление учителя, а прежде всего внутренняя работа ученика. Но несмотря на то, что официально школы рапортуют, что эти стандарты внедрены, все понимают, что урок каким был, таким и остался. Это ясно по нашим протоколам: ученик — далеко не самый активный участник на уроке.

Екатерина Куксо


В 1964 г. американский социолог Джэймс Коулман по заданию Национальной комиссии по образованию США провёл исследование, результаты которого говорили о том, что школа играет весьма незначительную роль в успехах ребёнка в обучении. Гораздо более сильными оказались социальные факторы, например, социально-экономический статус его родителей. В 1970-х гг. его соотечественник Роберт Розенталь описал психологический феномен, получивший название эффект Пигмалиона. Он сводится к тому, что ожидания по отношению к личности определяют характер её действий и интерпретацию отношения окружающих. Это означает, что чем меньше учитель взаимодействует с учеником, считая его безнадёжным, тем более вероятно, что тот будет следовать этим ожиданиям.


Если учителя не умеют взаимодействовать друг с другом, ставить конкретные цели и давать обратную связь, то нет и предпосылок к тому, чтобы они умели это делать с учениками


Открытие Розенталя перекликалось с исследованием Коулмана — они дали начало движению TESA в Америке, Teacher Expectations Students Achievements. В России сегодня есть похожее направление «Эффективная школа», которое курирует НИУ ВШЭ.

К сожалению, у нас нет статистики того, как школы внедряют и используют нашу кураторскую методику после прохождения стодневки. Но это обусловлено тем, что они зачастую адаптируют её под себя. Например, в известной екатеринбургской гимназии «Корифей» стодневка трансформировалась в проект о внутренних факторах роста, который сохранил в себе исследование урока. В какой-то момент школы, где была опробована методика, подхватили её, стали развивать — заработало сарафанное радио, теперь эту идеологию транслируем не только мы.

Наш курс — это коммерческий продукт, но школы часто реализуют его за счёт муниципального или регионального бюджета. Речь в основном о региональных школах, столичное образование — это совершенно иной контекст. У нас было несколько школ из Москвы, чуть больше — из Петербурга, но больше всего мы заметны в Екатеринбурге, Калининграде, Татарстане.

В наших стодневках мы делаем ставку на учителей с большим стажем — они становятся кураторами для обучающихся педагогов. Для куратора таким образом многие вещи оказываются в зоне наблюдения. Он видит протоколы, которые должен обсудить с учителями, и понимает: ага, у меня, возможно, тоже есть такая проблема!

Мне кажется, если учителя не умеют взаимодействовать друг с другом, ставить конкретные цели и давать обратную связь, то нет и предпосылок к тому, чтобы они умели это делать с учениками. Но в официальных образовательных стандартах рекомендаций, как учителям добиться этого, нет. Вся наша образовательная политика про детей, в ней мало что сказано о взрослых.

Ещё один из недостатков существующей системы методической поддержки школ — высокая степень изолированности учителей. Школьно-методические объединения, кафедры занимаются бумагами и подготовкой календарно-тематических планов, а работа по анализу урока остаётся на заднем плане. При том что есть огромный потенциал педагогов-лидеров — учителей, которые пользуются авторитетом в школах, но не занимают управленческие должности. Вокруг них складываются неформальные группы, они не только аккумулируют интерес к себе, но и проявляют его. Поэтому наша задача — задействовать неиспользованный потенциал внутреннего лидерства в школах, и кураторская методика позволяет это делать.
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [PREVIEW_PICTURE] => [~PREVIEW_PICTURE] => [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [CODE] => [~CODE] => [EXTERNAL_ID] => 4296 [~EXTERNAL_ID] => 4296 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => news [~IBLOCK_CODE] => news [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [LID] => s1 [~LID] => s1 [EDIT_LINK] => [DELETE_LINK] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 01.04.2019 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( ) [PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14388 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => ) [VIDEO] => Array ( [ID] => 11 [TIMESTAMP_X] => 2012-09-13 14:55:43 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Видео [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => VIDEO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 10 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 11 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Видео [~DEFAULT_VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14388 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => Менеджмент в сфере образования [LINK_ELEMENT_VALUE] => ) ) ) [2] => Array ( [ID] => 4079 [~ID] => 4079 [IBLOCK_ID] => 4 [~IBLOCK_ID] => 4 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [NAME] => День открытых дверей факультета менеджмента в сфере образования состоится 4 апреля [~NAME] => День открытых дверей факультета менеджмента в сфере образования состоится 4 апреля [ACTIVE_FROM] => 08.03.2019 [~ACTIVE_FROM] => 08.03.2019 [DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4079/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4079/ [DETAIL_TEXT] => менеджмент в сфере образования.jpg

Основная цель факультета - подготовка специалистов в ключевых областях образовательной деятельности, в первую очередь – в области образовательной политики и оценки ее эффективности.

Задача факультета – сформировать когорту высококвалифицированных аналитиков и экспертов, способных анализировать и формировать образовательную политику как своих регионов, так и страны в целом. Особое значение придается политике в области оценки качества образования и образовательной экспертизе. 

Программы факультета:
  • “Управление образовательными системами на основании данных”
  • “Управление программами дошкольного образования и раннего развития детей”

На факультете "Менеджмент в сфере образования" найден уникальный формат образовательной программы, предусматривающий возможность работать в режиме «открытого обучения». Это позволяет обучать взрослых людей, работающих на ответственных должностях и способных на практике реализовать полученные знания и навыки. 

На дне открытых дверей вы узнаете о правилах поступления, особенностях учебного процесса, языковой подготовке, исследовательской и проектной работе магистрантов и многом другом. На ваши вопросы ответят руководители и преподаватели программ.

Время проведения: 4 апреля, 19:00
Место проведения: Газетный переулок, 3-5
[~DETAIL_TEXT] => менеджмент в сфере образования.jpg

Основная цель факультета - подготовка специалистов в ключевых областях образовательной деятельности, в первую очередь – в области образовательной политики и оценки ее эффективности.

Задача факультета – сформировать когорту высококвалифицированных аналитиков и экспертов, способных анализировать и формировать образовательную политику как своих регионов, так и страны в целом. Особое значение придается политике в области оценки качества образования и образовательной экспертизе. 

Программы факультета:
  • “Управление образовательными системами на основании данных”
  • “Управление программами дошкольного образования и раннего развития детей”

На факультете "Менеджмент в сфере образования" найден уникальный формат образовательной программы, предусматривающий возможность работать в режиме «открытого обучения». Это позволяет обучать взрослых людей, работающих на ответственных должностях и способных на практике реализовать полученные знания и навыки. 

На дне открытых дверей вы узнаете о правилах поступления, особенностях учебного процесса, языковой подготовке, исследовательской и проектной работе магистрантов и многом другом. На ваши вопросы ответят руководители и преподаватели программ.

Время проведения: 4 апреля, 19:00
Место проведения: Газетный переулок, 3-5
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [PREVIEW_PICTURE] => [~PREVIEW_PICTURE] => [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [CODE] => [~CODE] => [EXTERNAL_ID] => 4079 [~EXTERNAL_ID] => 4079 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => news [~IBLOCK_CODE] => news [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [LID] => s1 [~LID] => s1 [EDIT_LINK] => [DELETE_LINK] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 08.03.2019 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( ) [PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14237 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => ) [VIDEO] => Array ( [ID] => 11 [TIMESTAMP_X] => 2012-09-13 14:55:43 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Видео [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => VIDEO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 10 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 11 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Видео [~DEFAULT_VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14237 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => Менеджмент в сфере образования [LINK_ELEMENT_VALUE] => ) ) ) [3] => Array ( [ID] => 4268 [~ID] => 4268 [IBLOCK_ID] => 4 [~IBLOCK_ID] => 4 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [NAME] => Всякая селекция и ставка на одарённых растлевает систему школьного образования. Интервью с Еленой Ленской [~NAME] => Всякая селекция и ставка на одарённых растлевает систему школьного образования. Интервью с Еленой Ленской [ACTIVE_FROM] => 25.02.2019 [~ACTIVE_FROM] => 25.02.2019 [DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4268/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4268/ [DETAIL_TEXT] =>
53212832_785554115151817_343275733579202560_n.jpg

Декан факультета «Менеджмент в сфере образования» МВШСЭН Елена Ленская о педагогическом подходе, опирающемся на понятие одарённости учеников, и его рисках для системы школьного образования и национальной экономики в целом.




В нашей стране, которая когда-то считалась страной всеобщей грамотности, стали появляться неграмотные люди, их число растёт. Появляются дети с сохранным интеллектом, которые не умеют читать или писать, не закончили начальной школы, и это мало кого беспокоит. Поэтому сегодня хотелось бы поговорить о правомерности политики, делающей ставку исключительно на лидеров и допускающей существование недоученных и неграмотных людей.


Как определяют одарённость?


В педагогике немало терминов, которые нуждаются в уточнении, но, пожалуй, ни один из них не допускает такого количества разночтений, как одарённость. В случае якобы одарённости на самом деле речь идёт о том, как выживать и быть успешными именно в той школе, которую мы имеем.

Среди великих тоже нет согласия, но чаще всего пользуются термином, введённым психологом Борисом Михайловичем Тепловым, который считал, что «одарённость — это качественно своеобразное сочетание способностей, от которого зависит достижение успеха в той или иной деятельности». Другими словами, получается, одарённый человек — это человек успешный. Но как тогда быть с Ван Гогом или Модильяни, которые не продали ни одной картины, пока были живы? И надо ли считать одарённым, например, представителя жёлтой прессы, измазавшего в грязи какую-то выдающуюся личность и добился этим немалого успеха на своём поприще? Вроде бы это не совсем корректно.

Выготский под одарённостью понимал способность к творчеству, которая является генетически обусловленной и развивается в ходе соответствующей деятельности. Значит ли это, что одарённость нельзя выявить, пока человек не занялся соответствующей деятельностью и не совершил в ней творческих преобразований? А мы пытаемся сделать именно это.

Уточняет мысль Выготского, как мне кажется, определение немецкого психолога Штерна, который считал, что одарённость — это общая способность индивида сознательно ориентировать мышление на новые требования. Тогда можно выявить одарённость достаточно рано: ребёнок может ориентироваться на новые требования чуть ли не с младенчества. Но это определение подходит не ко всякому роду занятий. Как быть с физической одарённостью, с музыкальной одарённостью?

Когда у нас школы уже в первом классе начинают отбирать детей, мы как бы не замечаем, какую травму наносим детям, которых не отобрали.


Каждый день по телевидению мы слышим, что такую-то знаменитость не приняли в театральный вуз или консерваторию, посчитали бесталанным и т.п. Но при этом продолжаем упорно отбирать одарённых, не задумываясь о том, какую травму наносим детям, не прошедшим по конкурсу. Одна из главных моих печалей заключается в том, что, когда у нас школы уже в первом классе начинают отбирать детей, мы как бы не замечаем, какую травму наносим детям, которых не отобрали. Причём многим из них не хватило каких-нибудь сотых долей балла.


Особенности обучения одарённых детей


Дело в том, что с одарёнными детьми нужно очень аккуратно себя вести, если это действительно талантливый ребёнок, который стремится себя выразить. Им свойственны приступы меланхолии, у них бывают депрессии, и очень часто такие дети становятся изгоями — взялся же откуда-то термин «ботаники»! На них обращают внимание как на других, причём это может случиться и в самом что ни на есть элитном классе. Потому что чем сложнее ребёнок, тем труднее его сверстникам найти с ним общий язык.

Мне нравится подход Соединённых Штатов, при котором эти дети называются exceptional children, то есть исключительные дети. А в эту категорию попадают не только одарённые — туда попадают дети с разного рода проблемами физического развития, попадают дети эмоционально нестабильные, со множественными проблемами в развитии. Из этого следует, что одарённость в американском понимании — тоже проблема, с которой нужно работать.

Они считают, что у одарённых детей есть некоторые характеристики, которые одновременно являются и проблемами. С одной стороны, у них завидное терпение, но проявляется оно, когда задания сложные. Как только задание лёгкое, такие дети начинают скучать, вести себя странно, демонстрируют своё неприятие ситуации. Этим детям нравится делать любимое. То есть они мотивированы на упорный труд, но в том направлении, в котором им самим хотелось бы развиваться. Они могут быть перфекционистами: пока ребёнок не сделает какую-то работу идеально, он не успокоится. У нас школа к этому не приспособлена: мы живём по расписанию — не доделал, всё, свободен, когда-нибудь потом доделаешь, неизвестно когда.

Такие дети часто не признают авторитетов, что тем более не нравится учителям, которые привыкли работать с послушными детьми. У нас, кстати, культ послушания в то время, как в других странах понемногу начинает развиваться культ инициативности. Ребёнка учат вести себя так, чтобы он смог отстоять свои интересы, чтобы он мог состояться. А когда человек только слушается, за его счёт состояться может только кто-то другой.

— У нас, кстати, культ послушания в то время, как в других странах понемногу начинает развиваться культ инициативности.


Как обучают одарённых детей в европейских школах?


Где учатся такие дети в других странах? В Америке существуют специальные академии, куда отбирают, например, математически одарённых детей. Это аналог наших математических школ — по-моему, наш опыт и лёг в основу создания этих академий. Это было во времена Спутника-1, когда все смотрели, что же такого мы тут делаем, что у нас такие научные достижения.

В Европе одарённых детей чаще всего не выделяют в особую группу. Единственное исключение — Великобритания, точнее даже Англия, где до сих пор сохраняются грамматические школы. Это школы, которые финансирует государство, но работают которые по особым программам. Это примерно как наши гимназии с углублёнными программами по тем или иным дисциплинам.

Туда разрешено отбирать детей, но число таких школ в последние годы сократилось в несколько раз. И когда недавно в нашем понимании министром образования (по-английски это называется secretary of state) стала Джастина Грининг, она вдруг решила включить в свою программу развитие сети грамматических школ. Британское общество отреагировало на это категорически негативно: в её адрес были высказаны очень жёсткие упрёки в том, что она развивает элитарность, с которой как раз надо бороться. Заметьте, это было консервативное правительство! Фактически, на этой кампании Грининг лишилась должности.

Забавно, что сейчас по интернету гуляет фальсифицированная новость, в которой Джастине Грининг приписывается высказывание, что Англия переходит на советскую систему образования. Что якобы там уже перевели на английский язык российские учебники, по ним учат детей, причём первым это начал Итонский колледж — вот почему туда идут люди. Ничего подобного Джастина Грининг никогда не говорила, тем более что среди упомянутых там учебников, якобы переведённых на английский язык, попался учебник Розенталя, а это учебник русского языка. Зачем его понадобилось переводить на английский, бог ведает. Но люди, которые распускают подобные сплетни, как правило, деталями мало интересуются.

Кроме Англии, где ещё что делается? В Австрии, Швейцарии и Германии специальных программ для одарённых детей нет. Но им разрешено раньше поступать в школу, если ребёнок умеет многое из того, что требуется для поступления. Им разрешается перепрыгивать через класс: ну, освоил программу, нечего тебе здесь делать. Именно в Германии было проведено исследование, продемонстрировавшее, что одарённость не тождественна академической успешности. 

— Оказалось, что среди академически успешных детей с высоким IQ только 15%. 

Правда, определяли они одарённость, исходя из IQ, по поводу которого много сомнений высказывается, совершенно справедливых. Тем не менее, оказалось, что среди академически успешных детей с высоким IQ только 15%. Остальные особым IQ не обладают и при этом академически успешны. Но среди одарённых детей, попавших в эту категорию, 15% оказались хронически неуспешными. Поэтому совпадения этих двух понятий — одарённость и академическая успешность — нет.

Кстати, сейчас появился ещё один термин, который мне очень нравится: мотивированные дети. Это дети, которым нравится заниматься каким-то одним делом.

Пожалуй, единственная страна в Европе, которая проводит похожую политику с Россией, это Венгрия. Там есть 22 государственные школы для одарённых детей, и действительно, дети из этих школ часто оказываются победителями разных международных олимпиад. А мы очень радуемся, когда у нас появляются такие победители, считаем, что это главное доказательство успеха нашей образовательной системы. Но тут я бы поставила большой знак вопроса.


Методики оценки успеваемости детей в школе


Есть 2 показателя успеха образовательной системы. Один из них — наличие выдающихся успехов, которые на международном фоне выглядят как удивительные. А есть другой показатель, показатель среднего уровня обученности населения и, соответственно, показатели самых слабых групп. Мне очень нравится способ измерения успешности школы в Англии. С одной стороны, там смотрят на абсолютные показатели: на экзаменах школа показала такие-то результаты, что существенно выше, чем другая школа. Второй показатель — как эта школа прибавила в результатах за несколько лет или за год.

Правда, в Англии есть замечательная система оценки методом добавленной стоимости, когда в начале и в конце учебного года всех детей тестируют по каждому предмету, чтобы определить, продвинулись они за год или нет. Это очень здорово потому, что тогда надо смотреть на детей, выдающихся в обе стороны, так сказать. И все должны прибавить, даже если пришли весьма обученные дети. Иначе зачем они сюда ходят?!

— И все должны прибавить, даже если пришли весьма обученные дети. Иначе зачем они сюда ходят?!

И третий показатель, который не грех позаимствовать, это показатели детей из уязвимых групп: дети из бедных семей, дети из семей мигрантов, чьи родители не говорят по-английски, дети с проблемами развития. Если у этих детей результаты разительно отличаются от основной группы, это повод для тревоги.

Очень часто эти данные даже не публикуют, чтобы не порождать всяких ксенофобских настроений. Но педагоги знают, что, например, в своё время была большая кампания о том, как поднять образовательные результаты у мальчиков из стран Карибского бассейна. Почему-то именно мальчики демонстрировали самые плохие результаты.

Оказалось, что в той среде, где росли эти дети, они привыкли очень много двигаться. Они физически не высиживают никаких уроков. Стали придумывать, что с ними делать, им разрешили ходить по классу, что-то ещё — результаты начали прирастать.

У нас такого внимания к детям с различными проблемами, как социальными, так и проблемами здоровья, пока меньше, чем хотелось бы.


Недоученные дети — риск для национальной экономики


Лет 10 тому назад на нашей ежегодной конференции «Тенденции развития образования» выступал канадский учёный Скотт Мюррей, который представлял тогда агентство Statistics Canada — самое крупное статистическое агентство, которое обсчитывает результаты самых разнообразных международных исследований, но при этом проводит и собственные.

Надо сказать, что по уровню образования Канада и Россия очень близки. Как правило, в Канаду идёт достаточно образованная миграция, поэтому там примерно такой же процент людей с высшим образованием, примерно такой же процент людей, получивших полное среднее образование.

— В Канаде 38% взрослого населения испытывают проблемы с чтением, и из-за этого не вполне эффективны на своём рабочем месте.

И вот обнаружилось, что в Канаде 38% взрослого населения испытывают проблемы с чтением, и из-за этого не вполне эффективны на своём рабочем месте. Это не значит, что они не умеют складывать из букв слова. Это значит, что, прочитав текст, такие люди тут же его забывают либо не понимают, о чём он, либо не уяснили для себя какие-то детали — есть несколько градаций умения читать. Эти 38% процентов находятся на первой или второй ступени этих градаций.

Производства, на которых они работают, вследствие этого испытывают определённые проблемы: где-то что-то путают, неправильно выполняют технические инструкции, где-то чтение отнимает у них слишком много времени, которое нельзя себе позволить и т.д.

После этого Скотт Мюррей провёл исследование на примере нефтеносного штата Альберта в Канаде, где, по данным международных исследований, абсолютные показатели грамотности относительно остальной Канады были достаточно высокие. Но при этом разрыв между наиболее и наименее грамотными был одним из самых больших. Проанализировав экономику этого региона, Скотт Мюррей доказал, что, если бы школы доучили всех, кто живёт в нём, хотя бы до третьего уровня грамотности, позволяющего читать с извлечением основной фактической информации, экономика региона приросла бы втрое.

Оказывается, самое большое количество незанятых рабочих мест требует именно этой квалификации — уровня нашего среднего профессионального образования приблизительно. Если бы эти места были заняты, уменьшились бы потери бюджета, связанные с оплатой пособия по безработице, разного рода социальные выплаты тоже сократились бы. Самый забавный фактор — резко снизилась бы заболеваемость населения штата. Как выясняется, люди, плохо умеющие читать, склонны доверять недостоверной и откровенно глупой информации по поводу собственного здоровья: безоговорочно верят рекламе по телевизору, всевозможным знахарям и т.п. И это статистически подтверждённые данные!

После чего Скотт Мюррей сказал буквально следующее:

— Вы очень много внимания уделяете одарённым детям. Это неплохо, надо уделять внимание тем, кто показывает выдающиеся результаты хотя бы потому, что самый ценный товар сегодня — это человеческие головы, идёт охота за лучшими умами. И чем больше внимания мы уделяем таким детям, тем выше наш человеческий капитал.

— Те, кого вы хорошо подготовили, уже не ваша собственность — это собственность всего мира. Экономика давно глобальная, люди едут работать туда, где им предлагают более выгодные условия.

Но помните, что те, кого вы хорошо подготовили, уже не ваша собственность — это собственность всего мира. Экономика давно глобальная, люди едут работать туда, где им предлагают более выгодные условия. Часто дело даже не в деньгах, а в том, чтобы хорошо обеспечивать их труд. Известно, что во многих наших научных учреждениях нужно потратить, условно, полгода, чтобы добиться необходимого оборудования. В некоторых странах этот же процесс занимает сутки. Сегодня ты написал заявку, завтра у тебя стоит нужное оборудование.

Талантливым людям, конечно, хочется себя реализовать — они едут туда, где у них это получается. Пример: двое выпускников нашего Физтеха, которые сейчас работают в Манчестерском университете и стали нобелевскими лауреатами. Обидно, что не у нас!

И Скотт Мюррей продолжает: эти люди могут остаться, если вы предложили им соответствующие условия, могут не остаться. А вот те, кого вы недоучили, точно останутся. Им некуда ехать. И вы будете их кормить, платить им социальные пособия, всячески поддерживать, потому что сами о себе они в полной мере не могут позаботиться.

И действительно, школы начинают выбирать для себя тех учеников, которых им удобнее учить. У нас запрещено законом отбирать детей в первый класс. Тем не менее, отбирают. И мы знаем, в каких школах отбирают, сарафанное радио моментально доносит эту информацию до родителей. Но что это означает?

В одной из анкет, которую заполняли школьные директора, мне попался возмущённый возглас: «К нам в первый класс приходят дети, которые даже не умеют читать!». Позвольте, но читать всегда учили именно в школе, и нигде не сказано, что что-то изменилось в этом отношении. Однако школы стараются отобрать детей, которые уже неплохо читают, считают, то есть фактически освоили программу начальной школы. И тогда можно не переживать: все получат хорошие оценки, и учитель будет молодец. А если взять слабых детей, кто знает, как они станут справляться с программой?!

Я жёстко скажу, но абсолютно уверена в том, что всякая селекция и ориентировка на одарённых растлевает систему. То же самое происходит при приёме в вуз. Почему идёт такая борьба против ЕГЭ? А хочется выбрать таких, с которыми потом не надо мучаться.

В одном престижном университете провели исследование: на разные специальности поступают люди, сдающие экзамен по иностранному языку, и дальше выясняется, что, если человек с хорошим знанием иностранного языка поступил на неязыковую специальность, где язык, тем не менее, нужен, в процессе учёбы они теряют один уровень владения им. Пришёл с более высоким, ушёл с более низким знанием. А те, кто пришёл на языковые специальности, будучи при этом хорошо подготовленным, ничего не прибавляют в уровне своего владения. Речь, конечно, не обо всех, но о подавляющем большинстве.

То есть вот, что начинает происходить с системой, если она в целом ориентирована на отбор удобных учеников.


Как преодолеть разрыв между сильными и слабыми школами?


Россия участвует практически во всех международных исследованиях, посвящённых качеству образования. Самое известное среди них — так называемая PISA, в котором мы неожиданно для себя обнаружили, что находимся не среди лучших: сразу же оказались в третьем десятке, потом скатились в четвёртый. Сейчас начали выползать обратно, по большей части предметов переместились в третий десяток, но не более того.

Такие исследования, помимо прочего, дают нам много контекстной информации о нашей системе. В частности, какой разрыв между самыми слабыми нашими учениками и самыми сильными, сколько детей в какой категории находятся. Были страшные цифры: например, по чтению у нас 17% подростков находились на первом уровне и ниже. А это уровень, когда дети, пока дочитали до конца фразы, забыли, с чего она начиналась.

Один из таких контекстных показателей показался мне любопытным. Мы столько сил вкладываем в подготовку элиты. При этом результаты элиты у нас не растут, а можно сказать, немного падают. То есть всё меньше детей оказывается в верхней категории. Там примерно 6 уровней, на которых может находиться тот или иной ребёнок. И вот на 6-м становится всё меньше детей. Их и раньше было немного, где-то 1,8%. В Финляндии, для справки, 9%. Но самое важное, что этот процент ещё и уменьшается!

То есть мало того, что мы вкладываем массу денег в предприятие, оно ещё и не даёт результатов. Да, у нас есть несколько олимпиадников, но это единицы.

— Это самая большая ошибка, которую мы совершаем: всё время добавляем ресурсы в те школы, где их и так уже много.

Что можно делать на уровне страны? Почему-то считается, что не надо давать дополнительные ресурсы школам, которые находятся в плохом положении — в депрессивном регионе, где бедные родители, дополнительной помощи найти невозможно и пр. Ход рассуждений такой: ну вот, школа плохо работает, а мы ей ещё и дополнительные деньги будем давать?! С моей точки зрения это самая большая ошибка, которую мы совершаем: всё время добавляем ресурсы в те школы, где их и так уже много. Представьте, школа в благополучном районе, дети подготовленные — и они же будут получать дополнительные деньги, потому что у них много 100-балльников, есть победители олимпиад, хотя и не доказано, что это именно заслуга школы.

А школы в плохом состоянии так и будут в нём оставаться, так как дают плохой результат. Этот порочный круг нужно разрушать.

Совсем недавно наша соседка Эстония стала лучшем страной в Европе по уровню обученности своих детей, обогнав даже Финляндию, у которой во многом и училась. За счёт чего это произошло? Мы беседовали с представителями эстонского министерства, они считают, что одна из причин, по которым это стало возможным, как раз то, что они стали целевым образом поддерживать школы, находящие в сложных условиях. Это сельские школы, школы на островах, удалённые от городских центров. Когда они стали давать им дополнительные деньги (на приобретение оборудования, на более качественный доступ к интернету, на приглашение хороших учителей), ситуация стала меняться.

— Существует практика ротации: ты отработал 4 года в хорошей элитной школе, после этого перемещаешься в школу похуже и 4 года работаешь в ней.

Проблема с учителями, кстати, в Европе мало где решена как следует. А вот в Азии, которая сейчас демонстрирует высокие результаты, её, похоже, решили. Там существует практика ротации: ты отработал 4 года в хорошей элитной школе, после этого перемещаешься в школу похуже и 4 года работаешь в ней. Это делается для того, чтобы у детей из разных категорий был доступ к разным человеческим ресурсам. Педагогу это тоже полезно: у него разная практика, он разное осваивает.

Когда я начинала учиться в школе, у меня была учительница, которой я до сих пор восхищаюсь. Это были послевоенные годы, когда пришло много детей из сложных семей, у кого-то не было родителей, у кого-то родители пьющие. Она всех научила читать, к 4 классу все читали более или менее достойно. Сегодня разучились это делать именно потому, что процветает система отбора. Когда учитель будет попадать в разные среды, а его успех оцениваться не по тому, как он продвинул лучших учеников, а по тому, как продвинулись все, это будет крайне важно.

Ещё одна политика — метод добавленной стоимости. Как хочется, чтобы в наших школах его начали осваивать! Для этого нужны две вещи: расписать программу так, чтобы в ней было много подуровней, и чтобы можно было измерять, на каком уровне находится ребёнок. Не три, как сейчас, начальный, средний и полный, а 8, 9, 10, как в других странах. Тогда каждый шаг можно будет померить, переместился ребёнок из одной категории в другую или нет.

— Когда учитель будет попадать в разные среды, а его успех оцениваться не по тому, как он продвинул лучших учеников, а по тому, как продвинулись все, это будет крайне важно.

Это очень сложно, мы не умеем так описывать содержание образовательной программы, потому что это нужно делать в категориях прироста умений. Но надо учиться, это доступная методика. И когда мы начнём учить таким способом, мы наконец уделим внимание тем учителям, которые давно заслужили благодарность за свои усилия, и сможем оценивать прогресс каждого отдельного ребёнка.
[~DETAIL_TEXT] =>
53212832_785554115151817_343275733579202560_n.jpg

Декан факультета «Менеджмент в сфере образования» МВШСЭН Елена Ленская о педагогическом подходе, опирающемся на понятие одарённости учеников, и его рисках для системы школьного образования и национальной экономики в целом.




В нашей стране, которая когда-то считалась страной всеобщей грамотности, стали появляться неграмотные люди, их число растёт. Появляются дети с сохранным интеллектом, которые не умеют читать или писать, не закончили начальной школы, и это мало кого беспокоит. Поэтому сегодня хотелось бы поговорить о правомерности политики, делающей ставку исключительно на лидеров и допускающей существование недоученных и неграмотных людей.


Как определяют одарённость?


В педагогике немало терминов, которые нуждаются в уточнении, но, пожалуй, ни один из них не допускает такого количества разночтений, как одарённость. В случае якобы одарённости на самом деле речь идёт о том, как выживать и быть успешными именно в той школе, которую мы имеем.

Среди великих тоже нет согласия, но чаще всего пользуются термином, введённым психологом Борисом Михайловичем Тепловым, который считал, что «одарённость — это качественно своеобразное сочетание способностей, от которого зависит достижение успеха в той или иной деятельности». Другими словами, получается, одарённый человек — это человек успешный. Но как тогда быть с Ван Гогом или Модильяни, которые не продали ни одной картины, пока были живы? И надо ли считать одарённым, например, представителя жёлтой прессы, измазавшего в грязи какую-то выдающуюся личность и добился этим немалого успеха на своём поприще? Вроде бы это не совсем корректно.

Выготский под одарённостью понимал способность к творчеству, которая является генетически обусловленной и развивается в ходе соответствующей деятельности. Значит ли это, что одарённость нельзя выявить, пока человек не занялся соответствующей деятельностью и не совершил в ней творческих преобразований? А мы пытаемся сделать именно это.

Уточняет мысль Выготского, как мне кажется, определение немецкого психолога Штерна, который считал, что одарённость — это общая способность индивида сознательно ориентировать мышление на новые требования. Тогда можно выявить одарённость достаточно рано: ребёнок может ориентироваться на новые требования чуть ли не с младенчества. Но это определение подходит не ко всякому роду занятий. Как быть с физической одарённостью, с музыкальной одарённостью?

Когда у нас школы уже в первом классе начинают отбирать детей, мы как бы не замечаем, какую травму наносим детям, которых не отобрали.


Каждый день по телевидению мы слышим, что такую-то знаменитость не приняли в театральный вуз или консерваторию, посчитали бесталанным и т.п. Но при этом продолжаем упорно отбирать одарённых, не задумываясь о том, какую травму наносим детям, не прошедшим по конкурсу. Одна из главных моих печалей заключается в том, что, когда у нас школы уже в первом классе начинают отбирать детей, мы как бы не замечаем, какую травму наносим детям, которых не отобрали. Причём многим из них не хватило каких-нибудь сотых долей балла.


Особенности обучения одарённых детей


Дело в том, что с одарёнными детьми нужно очень аккуратно себя вести, если это действительно талантливый ребёнок, который стремится себя выразить. Им свойственны приступы меланхолии, у них бывают депрессии, и очень часто такие дети становятся изгоями — взялся же откуда-то термин «ботаники»! На них обращают внимание как на других, причём это может случиться и в самом что ни на есть элитном классе. Потому что чем сложнее ребёнок, тем труднее его сверстникам найти с ним общий язык.

Мне нравится подход Соединённых Штатов, при котором эти дети называются exceptional children, то есть исключительные дети. А в эту категорию попадают не только одарённые — туда попадают дети с разного рода проблемами физического развития, попадают дети эмоционально нестабильные, со множественными проблемами в развитии. Из этого следует, что одарённость в американском понимании — тоже проблема, с которой нужно работать.

Они считают, что у одарённых детей есть некоторые характеристики, которые одновременно являются и проблемами. С одной стороны, у них завидное терпение, но проявляется оно, когда задания сложные. Как только задание лёгкое, такие дети начинают скучать, вести себя странно, демонстрируют своё неприятие ситуации. Этим детям нравится делать любимое. То есть они мотивированы на упорный труд, но в том направлении, в котором им самим хотелось бы развиваться. Они могут быть перфекционистами: пока ребёнок не сделает какую-то работу идеально, он не успокоится. У нас школа к этому не приспособлена: мы живём по расписанию — не доделал, всё, свободен, когда-нибудь потом доделаешь, неизвестно когда.

Такие дети часто не признают авторитетов, что тем более не нравится учителям, которые привыкли работать с послушными детьми. У нас, кстати, культ послушания в то время, как в других странах понемногу начинает развиваться культ инициативности. Ребёнка учат вести себя так, чтобы он смог отстоять свои интересы, чтобы он мог состояться. А когда человек только слушается, за его счёт состояться может только кто-то другой.

— У нас, кстати, культ послушания в то время, как в других странах понемногу начинает развиваться культ инициативности.


Как обучают одарённых детей в европейских школах?


Где учатся такие дети в других странах? В Америке существуют специальные академии, куда отбирают, например, математически одарённых детей. Это аналог наших математических школ — по-моему, наш опыт и лёг в основу создания этих академий. Это было во времена Спутника-1, когда все смотрели, что же такого мы тут делаем, что у нас такие научные достижения.

В Европе одарённых детей чаще всего не выделяют в особую группу. Единственное исключение — Великобритания, точнее даже Англия, где до сих пор сохраняются грамматические школы. Это школы, которые финансирует государство, но работают которые по особым программам. Это примерно как наши гимназии с углублёнными программами по тем или иным дисциплинам.

Туда разрешено отбирать детей, но число таких школ в последние годы сократилось в несколько раз. И когда недавно в нашем понимании министром образования (по-английски это называется secretary of state) стала Джастина Грининг, она вдруг решила включить в свою программу развитие сети грамматических школ. Британское общество отреагировало на это категорически негативно: в её адрес были высказаны очень жёсткие упрёки в том, что она развивает элитарность, с которой как раз надо бороться. Заметьте, это было консервативное правительство! Фактически, на этой кампании Грининг лишилась должности.

Забавно, что сейчас по интернету гуляет фальсифицированная новость, в которой Джастине Грининг приписывается высказывание, что Англия переходит на советскую систему образования. Что якобы там уже перевели на английский язык российские учебники, по ним учат детей, причём первым это начал Итонский колледж — вот почему туда идут люди. Ничего подобного Джастина Грининг никогда не говорила, тем более что среди упомянутых там учебников, якобы переведённых на английский язык, попался учебник Розенталя, а это учебник русского языка. Зачем его понадобилось переводить на английский, бог ведает. Но люди, которые распускают подобные сплетни, как правило, деталями мало интересуются.

Кроме Англии, где ещё что делается? В Австрии, Швейцарии и Германии специальных программ для одарённых детей нет. Но им разрешено раньше поступать в школу, если ребёнок умеет многое из того, что требуется для поступления. Им разрешается перепрыгивать через класс: ну, освоил программу, нечего тебе здесь делать. Именно в Германии было проведено исследование, продемонстрировавшее, что одарённость не тождественна академической успешности. 

— Оказалось, что среди академически успешных детей с высоким IQ только 15%. 

Правда, определяли они одарённость, исходя из IQ, по поводу которого много сомнений высказывается, совершенно справедливых. Тем не менее, оказалось, что среди академически успешных детей с высоким IQ только 15%. Остальные особым IQ не обладают и при этом академически успешны. Но среди одарённых детей, попавших в эту категорию, 15% оказались хронически неуспешными. Поэтому совпадения этих двух понятий — одарённость и академическая успешность — нет.

Кстати, сейчас появился ещё один термин, который мне очень нравится: мотивированные дети. Это дети, которым нравится заниматься каким-то одним делом.

Пожалуй, единственная страна в Европе, которая проводит похожую политику с Россией, это Венгрия. Там есть 22 государственные школы для одарённых детей, и действительно, дети из этих школ часто оказываются победителями разных международных олимпиад. А мы очень радуемся, когда у нас появляются такие победители, считаем, что это главное доказательство успеха нашей образовательной системы. Но тут я бы поставила большой знак вопроса.


Методики оценки успеваемости детей в школе


Есть 2 показателя успеха образовательной системы. Один из них — наличие выдающихся успехов, которые на международном фоне выглядят как удивительные. А есть другой показатель, показатель среднего уровня обученности населения и, соответственно, показатели самых слабых групп. Мне очень нравится способ измерения успешности школы в Англии. С одной стороны, там смотрят на абсолютные показатели: на экзаменах школа показала такие-то результаты, что существенно выше, чем другая школа. Второй показатель — как эта школа прибавила в результатах за несколько лет или за год.

Правда, в Англии есть замечательная система оценки методом добавленной стоимости, когда в начале и в конце учебного года всех детей тестируют по каждому предмету, чтобы определить, продвинулись они за год или нет. Это очень здорово потому, что тогда надо смотреть на детей, выдающихся в обе стороны, так сказать. И все должны прибавить, даже если пришли весьма обученные дети. Иначе зачем они сюда ходят?!

— И все должны прибавить, даже если пришли весьма обученные дети. Иначе зачем они сюда ходят?!

И третий показатель, который не грех позаимствовать, это показатели детей из уязвимых групп: дети из бедных семей, дети из семей мигрантов, чьи родители не говорят по-английски, дети с проблемами развития. Если у этих детей результаты разительно отличаются от основной группы, это повод для тревоги.

Очень часто эти данные даже не публикуют, чтобы не порождать всяких ксенофобских настроений. Но педагоги знают, что, например, в своё время была большая кампания о том, как поднять образовательные результаты у мальчиков из стран Карибского бассейна. Почему-то именно мальчики демонстрировали самые плохие результаты.

Оказалось, что в той среде, где росли эти дети, они привыкли очень много двигаться. Они физически не высиживают никаких уроков. Стали придумывать, что с ними делать, им разрешили ходить по классу, что-то ещё — результаты начали прирастать.

У нас такого внимания к детям с различными проблемами, как социальными, так и проблемами здоровья, пока меньше, чем хотелось бы.


Недоученные дети — риск для национальной экономики


Лет 10 тому назад на нашей ежегодной конференции «Тенденции развития образования» выступал канадский учёный Скотт Мюррей, который представлял тогда агентство Statistics Canada — самое крупное статистическое агентство, которое обсчитывает результаты самых разнообразных международных исследований, но при этом проводит и собственные.

Надо сказать, что по уровню образования Канада и Россия очень близки. Как правило, в Канаду идёт достаточно образованная миграция, поэтому там примерно такой же процент людей с высшим образованием, примерно такой же процент людей, получивших полное среднее образование.

— В Канаде 38% взрослого населения испытывают проблемы с чтением, и из-за этого не вполне эффективны на своём рабочем месте.

И вот обнаружилось, что в Канаде 38% взрослого населения испытывают проблемы с чтением, и из-за этого не вполне эффективны на своём рабочем месте. Это не значит, что они не умеют складывать из букв слова. Это значит, что, прочитав текст, такие люди тут же его забывают либо не понимают, о чём он, либо не уяснили для себя какие-то детали — есть несколько градаций умения читать. Эти 38% процентов находятся на первой или второй ступени этих градаций.

Производства, на которых они работают, вследствие этого испытывают определённые проблемы: где-то что-то путают, неправильно выполняют технические инструкции, где-то чтение отнимает у них слишком много времени, которое нельзя себе позволить и т.д.

После этого Скотт Мюррей провёл исследование на примере нефтеносного штата Альберта в Канаде, где, по данным международных исследований, абсолютные показатели грамотности относительно остальной Канады были достаточно высокие. Но при этом разрыв между наиболее и наименее грамотными был одним из самых больших. Проанализировав экономику этого региона, Скотт Мюррей доказал, что, если бы школы доучили всех, кто живёт в нём, хотя бы до третьего уровня грамотности, позволяющего читать с извлечением основной фактической информации, экономика региона приросла бы втрое.

Оказывается, самое большое количество незанятых рабочих мест требует именно этой квалификации — уровня нашего среднего профессионального образования приблизительно. Если бы эти места были заняты, уменьшились бы потери бюджета, связанные с оплатой пособия по безработице, разного рода социальные выплаты тоже сократились бы. Самый забавный фактор — резко снизилась бы заболеваемость населения штата. Как выясняется, люди, плохо умеющие читать, склонны доверять недостоверной и откровенно глупой информации по поводу собственного здоровья: безоговорочно верят рекламе по телевизору, всевозможным знахарям и т.п. И это статистически подтверждённые данные!

После чего Скотт Мюррей сказал буквально следующее:

— Вы очень много внимания уделяете одарённым детям. Это неплохо, надо уделять внимание тем, кто показывает выдающиеся результаты хотя бы потому, что самый ценный товар сегодня — это человеческие головы, идёт охота за лучшими умами. И чем больше внимания мы уделяем таким детям, тем выше наш человеческий капитал.

— Те, кого вы хорошо подготовили, уже не ваша собственность — это собственность всего мира. Экономика давно глобальная, люди едут работать туда, где им предлагают более выгодные условия.

Но помните, что те, кого вы хорошо подготовили, уже не ваша собственность — это собственность всего мира. Экономика давно глобальная, люди едут работать туда, где им предлагают более выгодные условия. Часто дело даже не в деньгах, а в том, чтобы хорошо обеспечивать их труд. Известно, что во многих наших научных учреждениях нужно потратить, условно, полгода, чтобы добиться необходимого оборудования. В некоторых странах этот же процесс занимает сутки. Сегодня ты написал заявку, завтра у тебя стоит нужное оборудование.

Талантливым людям, конечно, хочется себя реализовать — они едут туда, где у них это получается. Пример: двое выпускников нашего Физтеха, которые сейчас работают в Манчестерском университете и стали нобелевскими лауреатами. Обидно, что не у нас!

И Скотт Мюррей продолжает: эти люди могут остаться, если вы предложили им соответствующие условия, могут не остаться. А вот те, кого вы недоучили, точно останутся. Им некуда ехать. И вы будете их кормить, платить им социальные пособия, всячески поддерживать, потому что сами о себе они в полной мере не могут позаботиться.

И действительно, школы начинают выбирать для себя тех учеников, которых им удобнее учить. У нас запрещено законом отбирать детей в первый класс. Тем не менее, отбирают. И мы знаем, в каких школах отбирают, сарафанное радио моментально доносит эту информацию до родителей. Но что это означает?

В одной из анкет, которую заполняли школьные директора, мне попался возмущённый возглас: «К нам в первый класс приходят дети, которые даже не умеют читать!». Позвольте, но читать всегда учили именно в школе, и нигде не сказано, что что-то изменилось в этом отношении. Однако школы стараются отобрать детей, которые уже неплохо читают, считают, то есть фактически освоили программу начальной школы. И тогда можно не переживать: все получат хорошие оценки, и учитель будет молодец. А если взять слабых детей, кто знает, как они станут справляться с программой?!

Я жёстко скажу, но абсолютно уверена в том, что всякая селекция и ориентировка на одарённых растлевает систему. То же самое происходит при приёме в вуз. Почему идёт такая борьба против ЕГЭ? А хочется выбрать таких, с которыми потом не надо мучаться.

В одном престижном университете провели исследование: на разные специальности поступают люди, сдающие экзамен по иностранному языку, и дальше выясняется, что, если человек с хорошим знанием иностранного языка поступил на неязыковую специальность, где язык, тем не менее, нужен, в процессе учёбы они теряют один уровень владения им. Пришёл с более высоким, ушёл с более низким знанием. А те, кто пришёл на языковые специальности, будучи при этом хорошо подготовленным, ничего не прибавляют в уровне своего владения. Речь, конечно, не обо всех, но о подавляющем большинстве.

То есть вот, что начинает происходить с системой, если она в целом ориентирована на отбор удобных учеников.


Как преодолеть разрыв между сильными и слабыми школами?


Россия участвует практически во всех международных исследованиях, посвящённых качеству образования. Самое известное среди них — так называемая PISA, в котором мы неожиданно для себя обнаружили, что находимся не среди лучших: сразу же оказались в третьем десятке, потом скатились в четвёртый. Сейчас начали выползать обратно, по большей части предметов переместились в третий десяток, но не более того.

Такие исследования, помимо прочего, дают нам много контекстной информации о нашей системе. В частности, какой разрыв между самыми слабыми нашими учениками и самыми сильными, сколько детей в какой категории находятся. Были страшные цифры: например, по чтению у нас 17% подростков находились на первом уровне и ниже. А это уровень, когда дети, пока дочитали до конца фразы, забыли, с чего она начиналась.

Один из таких контекстных показателей показался мне любопытным. Мы столько сил вкладываем в подготовку элиты. При этом результаты элиты у нас не растут, а можно сказать, немного падают. То есть всё меньше детей оказывается в верхней категории. Там примерно 6 уровней, на которых может находиться тот или иной ребёнок. И вот на 6-м становится всё меньше детей. Их и раньше было немного, где-то 1,8%. В Финляндии, для справки, 9%. Но самое важное, что этот процент ещё и уменьшается!

То есть мало того, что мы вкладываем массу денег в предприятие, оно ещё и не даёт результатов. Да, у нас есть несколько олимпиадников, но это единицы.

— Это самая большая ошибка, которую мы совершаем: всё время добавляем ресурсы в те школы, где их и так уже много.

Что можно делать на уровне страны? Почему-то считается, что не надо давать дополнительные ресурсы школам, которые находятся в плохом положении — в депрессивном регионе, где бедные родители, дополнительной помощи найти невозможно и пр. Ход рассуждений такой: ну вот, школа плохо работает, а мы ей ещё и дополнительные деньги будем давать?! С моей точки зрения это самая большая ошибка, которую мы совершаем: всё время добавляем ресурсы в те школы, где их и так уже много. Представьте, школа в благополучном районе, дети подготовленные — и они же будут получать дополнительные деньги, потому что у них много 100-балльников, есть победители олимпиад, хотя и не доказано, что это именно заслуга школы.

А школы в плохом состоянии так и будут в нём оставаться, так как дают плохой результат. Этот порочный круг нужно разрушать.

Совсем недавно наша соседка Эстония стала лучшем страной в Европе по уровню обученности своих детей, обогнав даже Финляндию, у которой во многом и училась. За счёт чего это произошло? Мы беседовали с представителями эстонского министерства, они считают, что одна из причин, по которым это стало возможным, как раз то, что они стали целевым образом поддерживать школы, находящие в сложных условиях. Это сельские школы, школы на островах, удалённые от городских центров. Когда они стали давать им дополнительные деньги (на приобретение оборудования, на более качественный доступ к интернету, на приглашение хороших учителей), ситуация стала меняться.

— Существует практика ротации: ты отработал 4 года в хорошей элитной школе, после этого перемещаешься в школу похуже и 4 года работаешь в ней.

Проблема с учителями, кстати, в Европе мало где решена как следует. А вот в Азии, которая сейчас демонстрирует высокие результаты, её, похоже, решили. Там существует практика ротации: ты отработал 4 года в хорошей элитной школе, после этого перемещаешься в школу похуже и 4 года работаешь в ней. Это делается для того, чтобы у детей из разных категорий был доступ к разным человеческим ресурсам. Педагогу это тоже полезно: у него разная практика, он разное осваивает.

Когда я начинала учиться в школе, у меня была учительница, которой я до сих пор восхищаюсь. Это были послевоенные годы, когда пришло много детей из сложных семей, у кого-то не было родителей, у кого-то родители пьющие. Она всех научила читать, к 4 классу все читали более или менее достойно. Сегодня разучились это делать именно потому, что процветает система отбора. Когда учитель будет попадать в разные среды, а его успех оцениваться не по тому, как он продвинул лучших учеников, а по тому, как продвинулись все, это будет крайне важно.

Ещё одна политика — метод добавленной стоимости. Как хочется, чтобы в наших школах его начали осваивать! Для этого нужны две вещи: расписать программу так, чтобы в ней было много подуровней, и чтобы можно было измерять, на каком уровне находится ребёнок. Не три, как сейчас, начальный, средний и полный, а 8, 9, 10, как в других странах. Тогда каждый шаг можно будет померить, переместился ребёнок из одной категории в другую или нет.

— Когда учитель будет попадать в разные среды, а его успех оцениваться не по тому, как он продвинул лучших учеников, а по тому, как продвинулись все, это будет крайне важно.

Это очень сложно, мы не умеем так описывать содержание образовательной программы, потому что это нужно делать в категориях прироста умений. Но надо учиться, это доступная методика. И когда мы начнём учить таким способом, мы наконец уделим внимание тем учителям, которые давно заслужили благодарность за свои усилия, и сможем оценивать прогресс каждого отдельного ребёнка.
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [PREVIEW_PICTURE] => [~PREVIEW_PICTURE] => [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [CODE] => [~CODE] => [EXTERNAL_ID] => 4268 [~EXTERNAL_ID] => 4268 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => news [~IBLOCK_CODE] => news [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [LID] => s1 [~LID] => s1 [EDIT_LINK] => [DELETE_LINK] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 25.02.2019 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( ) [PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14187 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => ) [VIDEO] => Array ( [ID] => 11 [TIMESTAMP_X] => 2012-09-13 14:55:43 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Видео [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => VIDEO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 10 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 11 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Видео [~DEFAULT_VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 14187 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => Менеджмент в сфере образования [LINK_ELEMENT_VALUE] => ) ) ) [4] => Array ( [ID] => 4106 [~ID] => 4106 [IBLOCK_ID] => 4 [~IBLOCK_ID] => 4 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [NAME] => Елена Ленская: "Несправедливо, что учителям, которые помогли вечному троечнику получить наконец хорошие оценки, никаких наград не достается" [~NAME] => Елена Ленская: "Несправедливо, что учителям, которые помогли вечному троечнику получить наконец хорошие оценки, никаких наград не достается" [ACTIVE_FROM] => 21.07.2018 [~ACTIVE_FROM] => 21.07.2018 [DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4106/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /about/news/4106/ [DETAIL_TEXT] =>
На телеканале ОТР вышла программа "Прав?Да! Образование в России. Гонка за лидерами". Одним из ее участников стала Елена Ленская - декан факультета Менеджмент в сфере образования Шанинки.

Елена Ленская прокомментировала самый дискуссионный вопрос передачи: 
Ленская.jpg"Сегодня ОТР показало передачу ПравДа?, посвященную образованию и записанную некоторое время тому назад, в которой я принимала участие. Почти в конце передачи в ответ на мои слова о том, что программа "Учитель для России" дает уникальную возможность детям из сельской местности учиться у молодых, увлеченных и глубоко образованных педагогов, возник неожиданный для меня обмен репликами. До этого момента особых разногласий у участников ток-шоу не возникало, но тут вдруг Марина Литвинович, эксперт-политтехнолог, сказала, что посылать таких учителей в села - значит разбазаривать ресурсы. а детям из таких сел лучше всего работать с компьютером, и ходить в школу раз-два в неделю. Ее поддержал эксперт из ВШЭ Быстрицкий, который сказал, что в сельской местности у нас живет только 5% населения, поэтому и беспокоиться об образовании в сельских школах не стоит. 

К сожалению,за время эфира ответить я уже не успела, поэтому отвечаю сейчас: успех систем образования тех стран, которые мы так стремимся догнать, в значительной мере объясняется тем, что там роль государства в управлении образованием заключается прежде всего в том, чтобы предоставлять равный доступ к качественному образованию всем, без исключения, категориям граждан. В чем это выражается? Например, в предоставлении льготных условий для малообеспеченных, в дополнительном финансировании школ, работающих со сложным контингентом или в трудных условиях. У нас попытка обсуждать такую стратегию наталкивается на вечный аргумент "Если они плохо работают, так им еще за это деньги давать?" Но кто сказал, что они работают плохо? Что труднее, учить мотивированного и уже хорошо подготовленного ребенка, или слабого, того кто уже почти потерял веру в собственные силы или по разным причинам отстал? И что будет, если мы передоверим обучение таких детей компьютерам, которых, к слову сказать, в сельской местности не так уж много, да и доступ к интернету там чаще всего плохой? Да очень просто: со временем общество будет вынуждено взять этих уже выросших детей на иждевение, сами о себе позаботиться они не смогут. А вот дети из элитных школ совсем не обязательно останутся в стране и будут приносить ей доход- у них будет масса возможностей на глобальном рынке и они выберут самую привлекательную. Так рассуждают во многих странах. В Японии, Южной Корее,Сингапуре учителей и директоров школ ротируют каждые 4-5 лет, переводят в другие школы, для того, чтобы качество преподавания везде было на одном уровне. Программы, подобные Учителю для России существуют в 30 с лишним странах и везде молодые их участники работают именно в школах со сложными условиями. Мне кажется очень несправедливым, что у нас награждают и отмечают только тех учителей, у которых в классах есть победители олимпиад или набравшие высокие баллы по ЕГЭ, а учителя, которым удалось помочь вечному троечнику получить наконец хорошие оценки никаких наград не достается. Ведь в первом случае достижения ребенка - чаще всего совокупная заслуга семьи и школы, а иногда и частных репетиторов, а вот во втором практически всегда это заслуга учителя. 

Пока мы не поймем, что даже если рассуждать только с экономической точки зрения(что неправильно), недовложения в образование детей из сложных и малообеспеченных семей обернутся большими экономическими потерями для страны, никаких побед в международных рейтингах нам не светит. А кроме того, ну право же, коллеги, все дети, не только ваши собственные, достойны хороших учителей и хороших условий учебы, даже те пять процентов населения, которые живут в сельской местности".

Полная версия передачи от 19 июля:

[~DETAIL_TEXT] =>
На телеканале ОТР вышла программа "Прав?Да! Образование в России. Гонка за лидерами". Одним из ее участников стала Елена Ленская - декан факультета Менеджмент в сфере образования Шанинки.

Елена Ленская прокомментировала самый дискуссионный вопрос передачи: 
Ленская.jpg"Сегодня ОТР показало передачу ПравДа?, посвященную образованию и записанную некоторое время тому назад, в которой я принимала участие. Почти в конце передачи в ответ на мои слова о том, что программа "Учитель для России" дает уникальную возможность детям из сельской местности учиться у молодых, увлеченных и глубоко образованных педагогов, возник неожиданный для меня обмен репликами. До этого момента особых разногласий у участников ток-шоу не возникало, но тут вдруг Марина Литвинович, эксперт-политтехнолог, сказала, что посылать таких учителей в села - значит разбазаривать ресурсы. а детям из таких сел лучше всего работать с компьютером, и ходить в школу раз-два в неделю. Ее поддержал эксперт из ВШЭ Быстрицкий, который сказал, что в сельской местности у нас живет только 5% населения, поэтому и беспокоиться об образовании в сельских школах не стоит. 

К сожалению,за время эфира ответить я уже не успела, поэтому отвечаю сейчас: успех систем образования тех стран, которые мы так стремимся догнать, в значительной мере объясняется тем, что там роль государства в управлении образованием заключается прежде всего в том, чтобы предоставлять равный доступ к качественному образованию всем, без исключения, категориям граждан. В чем это выражается? Например, в предоставлении льготных условий для малообеспеченных, в дополнительном финансировании школ, работающих со сложным контингентом или в трудных условиях. У нас попытка обсуждать такую стратегию наталкивается на вечный аргумент "Если они плохо работают, так им еще за это деньги давать?" Но кто сказал, что они работают плохо? Что труднее, учить мотивированного и уже хорошо подготовленного ребенка, или слабого, того кто уже почти потерял веру в собственные силы или по разным причинам отстал? И что будет, если мы передоверим обучение таких детей компьютерам, которых, к слову сказать, в сельской местности не так уж много, да и доступ к интернету там чаще всего плохой? Да очень просто: со временем общество будет вынуждено взять этих уже выросших детей на иждевение, сами о себе позаботиться они не смогут. А вот дети из элитных школ совсем не обязательно останутся в стране и будут приносить ей доход- у них будет масса возможностей на глобальном рынке и они выберут самую привлекательную. Так рассуждают во многих странах. В Японии, Южной Корее,Сингапуре учителей и директоров школ ротируют каждые 4-5 лет, переводят в другие школы, для того, чтобы качество преподавания везде было на одном уровне. Программы, подобные Учителю для России существуют в 30 с лишним странах и везде молодые их участники работают именно в школах со сложными условиями. Мне кажется очень несправедливым, что у нас награждают и отмечают только тех учителей, у которых в классах есть победители олимпиад или набравшие высокие баллы по ЕГЭ, а учителя, которым удалось помочь вечному троечнику получить наконец хорошие оценки никаких наград не достается. Ведь в первом случае достижения ребенка - чаще всего совокупная заслуга семьи и школы, а иногда и частных репетиторов, а вот во втором практически всегда это заслуга учителя. 

Пока мы не поймем, что даже если рассуждать только с экономической точки зрения(что неправильно), недовложения в образование детей из сложных и малообеспеченных семей обернутся большими экономическими потерями для страны, никаких побед в международных рейтингах нам не светит. А кроме того, ну право же, коллеги, все дети, не только ваши собственные, достойны хороших учителей и хороших условий учебы, даже те пять процентов населения, которые живут в сельской местности".

Полная версия передачи от 19 июля:

[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [PREVIEW_PICTURE] => [~PREVIEW_PICTURE] => [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [CODE] => [~CODE] => [EXTERNAL_ID] => 4106 [~EXTERNAL_ID] => 4106 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => news [~IBLOCK_CODE] => news [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 4 [LID] => s1 [~LID] => s1 [EDIT_LINK] => [DELETE_LINK] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 21.07.2018 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( ) [PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 13262 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => ) [VIDEO] => Array ( [ID] => 11 [TIMESTAMP_X] => 2012-09-13 14:55:43 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Видео [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => VIDEO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 10 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 11 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Видео [~DEFAULT_VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [PROGRAM] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2013-11-14 12:01:39 [IBLOCK_ID] => 4 [NAME] => Программа [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PROGRAM [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 6 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => N [MAX_WIDTH] => 0 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => N ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 13262 ) [VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 124 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Программа [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => Менеджмент в сфере образования [LINK_ELEMENT_VALUE] => ) ) ) ) [ELEMENTS] => Array ( [0] => 4322 [1] => 4296 [2] => 4079 [3] => 4268 [4] => 4106 ) [NAV_STRING] => [NAV_CACHED_DATA] => Array ( [frameMode] => [frameModeCtx] => /bitrix/templates/.default/components/bitrix/system.pagenavigation/.default/template.php ) [NAV_RESULT] => CIBlockResult Object ( [arIBlockMultProps] => Array ( ) [arIBlockConvProps] => [arIBlockAllProps] => Array ( ) [arIBlockNumProps] => Array ( ) [arIBlockLongProps] => [nInitialSize] => [table_id] => [strDetailUrl] => [strSectionUrl] => [strListUrl] => [arSectionContext] => [bIBlockSection] => [nameTemplate] => [_LAST_IBLOCK_ID] => 4 [_FILTER_IBLOCK_ID] => Array ( [4] => 1 ) [result] => Resource id #469 [arResult] => [arReplacedAliases] => [arResultAdd] => [bNavStart] => [bShowAll] => [NavNum] => [NavPageCount] => [NavPageNomer] => [NavPageSize] => 10 [NavShowAll] => [NavRecordCount] => [bFirstPrintNav] => 1 [PAGEN] => [SIZEN] => [SESS_SIZEN] => [SESS_ALL] => [SESS_PAGEN] => [add_anchor] => [bPostNavigation] => [bFromArray] => [bFromLimited] => [sSessInitAdd] => [nPageWindow] => 5 [nSelectedCount] => [arGetNextCache] => Array ( [ID] => [IBLOCK_ID] => [IBLOCK_SECTION_ID] => [NAME] => [ACTIVE_FROM] => [DETAIL_PAGE_URL] => [DETAIL_TEXT] => 1 [DETAIL_TEXT_TYPE] => [PREVIEW_TEXT] => 1 [PREVIEW_TEXT_TYPE] => [PREVIEW_PICTURE] => [LANG_DIR] => [SORT] => [CODE] => [EXTERNAL_ID] => [IBLOCK_TYPE_ID] => [IBLOCK_CODE] => [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [LID] => ) [bDescPageNumbering] => [arUserMultyFields] => [SqlTraceIndex] => [DB] => CDatabase Object ( [version] => [escL] => ` [escR] => ` [alias_length] => 256 [DBName] => zhukova_idex [DBHost] => localhost [DBLogin] => zhukova_idex [DBPassword] => yAdinhpdex [bConnected] => 1 [db_Conn] => Resource id #115 [debug] => [DebugToFile] => [ShowSqlStat] => [db_Error] => [db_ErrorSQL] => [result] => [type] => MYSQL [column_cache] => Array ( ) [bModuleConnection] => [bNodeConnection] => [node_id] => [bMasterOnly] => 0 [obSlave] => [cntQuery] => 0 [timeQuery] => 0 [arQueryDebug] => Array ( ) ) [NavRecordCountChangeDisable] => [is_filtered] => [nStartPage] => 1 [nEndPage] => [resultObject] => ) )