Что такое “шанинский текст”: Summa Technologiae

Расшифровка занятия по “Академическому письму” Константина Гаазе на осенней школе для слушателей магистерской программы “Фундаментальная  социология”.

В начале каждого учебного года магистранты программы “Фундаментальная социология” ездят на четырехдневную выездную школу по эпистемологии в пансионат "Солнечный", где совместно читают тексты и слушают лекции. Осенью 2020 года на школе Константин Гаазе провел занятие по академическому письму. Лекция может оказаться полезной студентам и слушателям разных дисциплин, тем, кто готовится поступать в Шанинку или просто хочет знать, как написать хорошую академическую работу. 

Задача гуманитарного бакалавриата, бакалавриата Liberal Arts — подготовить человека, чтобы он мог написать интересное эссе на 5 тысяч слов о чем угодно. Задача магистратуры по социологии состоит в том, чтобы вы были готовы к написанию академического текста по социологии размером от 15 до 20 тысяч слов, то есть диссертации. 

Есть разные мнения, является ли диссертация большим масштабированным эссе на 3 тысячи слов или нет. Но структурные компоненты и способы работы как над эссе на 3 тысячи слов, на 5 тысяч слов, так и на над диссертацией — одни и те же. 

О структуре научного текста

У хорошего академического (или журналистского, см. книгу Л. Бершидского “Ремесло”) текста три составляющих: фактура, структура, литература. 


  1. Фактура. Это фундамент. В случае научного текста, фактура — это ваши аргументы. То, как вы берете чужие тексты. Академия — это место, где для начала нужно научиться излагать свои мысли чужими словами. Думаем своей головой, а иллюстрируем мысли цитатами других. Фактура — это ваша работа с перво- и второисточниками, ваши аргументы.

  2. Структура. Когда мне присылают магистерскую диссертацию, где в первой главе 5800 слов, во второй 3800 слов, а в третьей 1200 слов, понятно, что по структуре это плохая работа. Структура — это умение упаковать собственные аргументы в некоторое пусть негармоничное, но хотя бы ритмически правильное, слаженное построение текста. Это значит, было уделено внимание структуре текста. 

  3. Постановка проблемы. Не стоит считать, что постановка проблемы в аналитическом чтении и постановка проблемы в эссе — это одно и то же. Постановка проблемы в аналитическом чтении — это умение найти в тексте противоречия и напряжение. Постановка проблемы в собственном тексте — это умение обосновать движение вашей мысли вперед в традиции, которая была до вас. Постановка проблемы, сделанная очень широко (“я хочу проверить, можно ли из Квентина Мейясу сделать социальную теорию?) — это плохая постановка проблемы, поэтому из нее выйдет плохая или странная диссертация. Конечно, можно разобрать все источники, все аргументы, но, тем не менее, продуктивного результата такая диссертация, скорее всего, не принесет.

  4. Проблема должна быть адекватна масштабу работы. Пишете эссе на 3 тысячи слов? Проблема должна быть на 3 тысячи слов. Пишете диссертацию или большую академическую статью — проблема должна быть соответствующей. Вы не можете написать: “Я хочу раскритиковать различение сущего и бытия у Хайдеггера в “Бытие и времени” и “Основных понятиях метафизики”, адресуясь к Пармениду”, и после этого дать текст на 3 тысячи слов. 

Существует большая батарея  референтных полемических текстов, в том числе переведенных на русский язык, которые помогают ставить проблему в тексте (не в аналитическом чтении). Это тексты, которые в своих суб-отраслях открывают новую страницу и начинают новые дебаты. Хрестоматийный пример - статья Макинтайра “Ошибка каузальности в социальных науках” —  текст, который является, с моей точки зрения, идеальным образцом соответствия широты проблемы, размера текста и структуры. Обращайтесь, пожалуйста, к ключевым текстам, чтобы научиться правильно ставить проблему и правильно, в зависимости от проблемы, выстраивать структуру.


Фактура

Что движет вашу мысль от введения до заключения? Аргумент. Прибавочная стоимость каждого следующего абзаца. Кому-то удобно склеивать абзацы цитатами. У кого-то есть сверстанное в голове развитие собственной мысли, и маркерами переходов являются цитаты. Двигайте цитатами — нет проблем! Только не очень большими. Технари иногда видят текст как уравнение или как шахматную партию. Вы понимаете, каков следующий ход и спокойно фиксируете эти ходы. 

“Двигать мысль аргументом” значит не кружить на месте, переписывая одну и ту же мысль, которая вам пришла в голову, все более и более понятным языком. Перепишите ее 5 раз, первые 4 — уберите, если пятый понятен, оставьте его в тексте. Каждый следующий абзац должен говорить что-то новое, что не сказано в предыдущем.

В тексте нет и не может быть ничего самоочевидного. Если вы хотите что-то сказать, скажите это прямо. Не надо увлекаться объяснениями и иллюстрациями, по крайней мере, на этапе 3- и 5-тысячников. 

Не приводите примеры из жизни. Найдите подобающую цитату из классика. 


Структура

Акрополь кажется вам красивым из-за структуры — его элементы соразмерны друг другу. Элементы вашего текста также должны быть соразмерны друг другу. Если эссе составляет 3000 слов, то постановка проблемы должна занимать 300-400 слов максимум. Если постановка проблемы заняла 1000 слов, значит, вместо 3 тысяч вам нужно писать эссе на 5 тысяч слов. Не стоит отводить постановке проблемы 1000 слов, а потом 3 главам по 800. 

Пример проблемы: В полемике с К.Гемпелем об образовании понятий в социальных науках Шюц пропустил важный аргумент Гемпеля. Из-за этого наследники Шюца (этнометодологи, фрейм-аналитики и др.) делают что-то не так.


Это хорошая проблема для эссе на 3 тысячи слов. Суть везде примерно одна и та же. Мы ищем пропущенные аргументы, пропущенные ходы, нехоженые пути, которые открываются в текстах классиков (но это только кажется, что они нехоженые, путей, по которым никто не ходил мало). 

Дальше еще 50 слов, описывающих структуру работы. Это смычка между введением и первой главой. 

Потом — гармонично организованные три главы по 700-800 слов. Затем заключение, где в первых двух предложениях вы суммируете, что вы сделали. 50 слов — summary. А вся остальная часть заключения (250 слов) посвящена тому, куда дальше можно пойти. Что продуктивного можно сделать дальше с вашей работой? Какие новые проблемы можно поставить, исходя из вашего текста?


Наполнение глав зависит от постановки проблемы. Важно, чтобы глав было не больше трех. Не стоит сразу придумывать, о чем они будут. Напишите их, а потом подверстайте к введению краткое описание того, что вы сделали. Самая большая проблема с письмом случается в тот момент, когда вы поставили проблему, а потом вас качнуло в другую сторону, и во введении у вас описание одного эссе, а по факту совершенно другое. Чтобы этого избежать, не сдавайте эссе прямо под дедлайн. Оставьте в запасе хотя бы сутки.

Если все же случилось то, что  Вебер называл “скачок мысли”, появился интересный ход, который выбивается из того, о чем вы писали — поставьте его в сноску. Не надо разворачивать эссе на 180 градусов в сторону. Может оказаться, что эта сноска в итоге гениальнее всего остального — это нормально. Но пока вы эссе не написали хотя бы в первом приближении — сделайте сноску. 


Структура частично может вытянуть проблемы аргументации. Логичное развитие аргумента может компенсировать тот факт, что вы не сильно продвинулись вперед. Текст все равно будет интересно читать. Если у вас в тексте классные, интересные, авангардные мысли, которые представлены в изуродованном несоразмерном виде, его никто не будет читать. Что-то не поместилось? Удалите это.


Оформление

Используйте стандартные шрифты и размеры, например,Times New Roman, 12 кегль и межстрочный интервал 1 или 1,5. Не стоит комбинировать одинарный, полуторный и еще какой-нибудь сложный интервал. Большие цитаты в тексте (3-4 предложения) — лучше выделяйте курсивом и делай отступ сверху и снизу, чтобы их было видно.

Иногда студенты забывают поставить кавычку на большой цитате, оригинальность текста снижается на 30%, и антиплагиат показывает, что это не ваш текст. Обособляйте большие цитаты (3-4 предложения) с двух сторон и выделяйте курсивом, чтобы самим не забыть, что это были цитаты.


Литература, или Русский язык 

Есть люди, которые могут написать сложносочиненное предложение размером с абзац и его можно будет читать. Но большинство людей все-таки к ним не относится. 7-10 слов в предложении — это максимум 2 оборота. Если вы пишете третье “которое” после второго деепричастия — скорее всего, вы перестали понимать, о чем пишете. Скорее всего, я никогда не пойму, о чем вы пишете. В предложении может быть такой синтаксис: “..., которое …, делая то-то-то”. Предложение, в котором: “...принадлежащее.., к которому…, делая….” — усложняет понимание.

Избегайте использования в одном предложении одного и того же слова два или три раза. У слов есть синонимы, их много. 

Избегайте избыточного использования вводных слов. Ошибка любого начинающего шанинца — “постольку-поскольку я не придумал аргумент, переводящий абзац номер 4 в абзац номер 5, я начну абзац номер 5 с фразы “при том, что”.” При чем — “при том”? Не надо использовать вводные слова, когда у вас нет аргумента. Обратите внимание, ни одна главка в тексте Лумана не начинается с вводных слов. Они открываются очень красивыми афористичными предложениями. Учиться надо у лучших. 


Не злоупотребляйте терминологией. Но и не избегайте терминологии.

Использование понятий должно быть обосновано. И самое главное — в каждом моменте вашего текста вы должны понимать, идет ли речь о словах или о понятиях, работаете ли вы с категориальным аппаратом или это слова обыденного языка. 

Следите за словарем, как вы его используете. Скорее всего, вы никуда не денетесь от шанинского жаргона и в эссе будете писать: “Шюц обнаруживает напряжение” и пр. Ничего страшного. Потом это пройдет и придут другие слова. 


Что мы делаем и чего не делаем:


1. Не стоит “в лоб” сталкивать понятия одного классика с текстами другого классика. Нельзя написать эссе о том, что у Болтански нигде нет понятия  “актанта”, но его теории это понятие подходит, очень идет, поэтому вам хочется, чтобы оно там было. Как можно это правильно сделать? “У Болтански не работает то-то, то-то и то-то. У него есть проблемы, связанные с тем-то, тем-то и тем-то. И эти проблемы могут быть решены так-то, так-то и так-то.  В том числе, например, добавлением актантов”.

В первом случае мы говорим о том, что сталкиваем классика с классиком. Во втором случае мы говорим, что нашли у классика проблему и попытались эту проблему решить за счет релевантных и не чуждых для этого классика теоретических языков. Это не очень красиво, но в принципе — допускается. 

Еще лучше сказать, например, что и Латур, и Болтански так-то и так-то связаны с парижской школой семиотики, поэтому понятие актанта Болтански не просто идет, но оно у него там и есть, а вы просто показываете, где. 

В первом случае получится скорее работа по эпистемологии. Во втором случае работа скорее по истории теории. Но и так и эдак это хорошая ставка. 

На этапе первого эссе можно работать аналогичным с аналитическим чтением образом — отталкиваться от противоречия в одном или двух текстах какого-то классика, которые вы нашли. 

Не забывайте, что все классики делятся на ранних и поздних. Ранний Витгенштейн, средний Витгенштейн, темный Витгенштейн, светлый Витгенштейн — классики делятся на периоды. Даже Луман. Можно ли в одном эссе столкнуть раннего и позднего классика? Без проблем. Почему классик Х отказывается от конструкции Y из своей ранней работы, и в своей поздней работе использует конструкцию Z? Но если вы так делаете, нужно в первой главе эссе показать, что вы прочли все второисточники на эту тему. 

Но не нужно пересказывать всех, кто писал по теме, в которой вы у раннего и позднего одного и того же классика нашли нестыковку или противоречие. Нужно найти релевантные второисточники по поводу конкретного тезиса, о котором мы говорим и пересказать их аналитически, указывая на то, что пропускают ваши уважаемые предшественники. 


2. Аргумент “Классик X рассматривает проблему Y, но классик Z рассматривает ее лучше” абсолютно неприемлем, как и статьи о Канте, Фихте и Делезе на 4 страницы. Так нельзя делать ни в диссертации, ни в эссе на 3 или 5 тысяч слов. В постановке проблемы вы должны не просто создать себе маяк, целевой ориентир, но описать границы работы, которые вы не будете нарушать. Не стоит делать философских обзоров. Если вы говорите в большом эссе “я вам расскажу историю понятия “ассамбляж” в акторно-сетевой теории” — не выходите за пределы АСТ, рассматривайте всех классиков АСТ, употреблявших это понятие. И не просто фиксируйте, кто и как его употреблял, а пытайтесь дать какие-то объяснения. Это значит, что такая работа по ассамбляжам не может быть наполовину посвящена Деланда — он не является классиком АСТ. И наоборот, если вы указываете критически на связи Делеза и Деланда, фокусируясь на понятии “ассамбляж”, который у Делеза на самом деле не “ассамбляж”, то не надо работу посвящать классикам АСТ с подводкой о том, что “еще вот такое есть”, кроме Делеза и Деланда. 


Что писать в каждой главе эссе или диссертации? Если мы говорим про мой курс, про историю социальной теории.


В первой главе нужно развернуто рассказать о поставленной во введении проблеме. 


Вы ссылаетесь на литературу по этой конкретной проблеме. Не на учебник по социологии, не на handbook of sociology, а на конкретные второисточники по конкретной проблеме, которая вами поставлена.


Во второй главе вы рассказываете историю теории: делаете теоретическую реконструкцию, даете историческое объяснение. Вы даете какое-либо объяснение тому, что классик Х использовал в ранних работах концепт Y, а в поздних работах концепт Z. 


Первая и вторая глава должны быть насыщены второисточниками. Вам нужно показать, что вы прочли по этому поводу.


В третьей главе вы предлагаете свое решение проблемы, делаете пересборку классика, которая вернет ему былую консистентность. Из-за чего он сначала использовал концепт Y, а потом концепт Z? Третья глава — ваш вклад в “сегодня” классика.


Обращайте пристальное внимание на дебаты, особенно письменные. Дебаты Деррида и Серля, дебаты Хакинга с британскими историками науки, дебаты Блура и Латура, перевод есть в “Логосе”. Дебаты, покажут вам, во-первых, как люди обращаются с чужими аргументами, во-вторых, каким образом относиться к чужим аргументам комплиментарно и критически. Кроме статей дебатного характера есть некоторое количество статей, которые открывают новые и новые субдисциплины. Их тоже нужно читать, причем не только как теоретический материал, но и как образцы того, как стоит писать. 

Важно, чтобы третья глава рождала какую-то новую мысль или делала вклад в “вéдение” классика. В гоббсоведение или вебероведение. В случае, если это ваш вклад в “вéдение”, то в третьей главе вы выводите конкретную проблему на монитор теоретического проекта классика. Вклад в его “вéдение” в эссе в 3- и 5-тысячнике — допустимо. В диссертации “вéдение имени чего-то” предполагает, что вы всерьез хотите сделать вклад в гоббсоведение или в вебероведение. Тогда это должно быть не просто упражнение, а последующая публикация — реальный вклад. 


Проблема

Проблема — это цель. Есть такое выражение: “aim small — miss small”. Это идеально работает в отношении первых двух эссе. Чем меньше цель, тем меньше шанс промахнуться в тексте. 


Чтобы проверить себя, напишите преподавателю и проверьте формулировку проблемы. Пришлите ему первые 200 слов того, что вы хотите написать, просто, чтобы проверить, а не сошли ли вы с ума, находимся ли мы с вами на одной планете, и не собираетесь ли вы классика с классиком столкнуть? Не надо стесняться, нужно это делать. В процессе общения мы с вами можем выйти от плохо поставленной проблемы (“мне что-то не нравится в суверене у Гоббса”) к чему-то осмысленному. 


Прагматика в написании шанинских работ


В написании работ должна быть прагматика. У этой прагматики есть экстремальный вариант: был такой студент, который написал 8 эссе по Гарфинкелю, и на все намеки, что он немного сжульничал, говорил: “Гарфинкель — это планета”. Я понимаю, что любой классик — это планета, но все-таки 8 эссе по одному и тому же автору писать не надо.


Сейчас, насколько я знаю требования, не более 20% диссертации может быть взято из ваших предыдущих эссе, но в идеале второе большое эссе на 5 тысяч должно входить в диссертацию. Должна просматриваться связь между большими эссе и текстом, который станет вашей диссертацией. Тогда вы сможете превратить эссе в главу диссертации, сократив или, наоборот, расширив его. 


О (не)валидности источников

Есть два российских социологических журнала, все статьи в которых я считаю релевантными источниками для своего курса: “Социологическое обозрение” и “Социология власти” с 2012 года. Что касается русскоязычных классиков по истории теории, базово релевантными для меня являются Филиппов, Ионин, Александр Бенционович Гофман, покойный Юрий Николаевич Давыдов. Ссылки на пятитомник Давыдова в первом эссе могут быть, но дальше  — забываем про пятитомник Давыдова. У него есть много предметных интересных текстов. Идем к этим текстам. Идем к его гениальной книге о Вебере 1997 года. 

Ссылки на учебники нежелательны, но возможны в первом эссе. Затем никаких ссылок ни на какие учебники, ни на какие handbooks быть не должно. Есть читерский, но вполне приемлемый способ постановки проблемы: обратиться к большим подборкам статей, вроде Oxford Handbook того или сего. Например, The Sociology of Risk and Gambling. Статьи в такого рода сборниках являются прежде всего пропедевтическими. Вы должны читать такого рода литературу, но в качестве ориентира, который даст понять, на какие источники ссылаются в релевантном для вас исследовательском поле, а не в качестве источника, на который вы ссылаетесь сами. К обзорным статьям в Handbook прилагаются хорошие списки литературы. Работайте с ними, а на Handbook не ссылайтесь.


Стратегии написания текстов в Шанинке

К концу первого месяца обучения у вас должен появиться какой-то предварительный интерес. Нужно примерно выстроить свою стратегию текстописательства в Шанинке. Условно, вы будете делать диссертацию скорее по эпистемологии, или по методам, или по прикладным исследованиям. Вы будете делать диссертацию по какому-то из элективов? Тогда вся стратегия другая. Тогда вы, наоборот, подверстываете большие эссе по основным курсам под тот интерес, который у вас возник на элективе. Например, вы нравится социология психиатрии. Потихоньку подверстывайте то, что вы будете сдавать, под проблемы, которые совмещаются с социологией психиатрии. 

Вам кажется, что все только начинается — а оно уже закончилось. Подумать обо всем этом лучше до первой половины ноября. Потом у вас не будет времени — вы будете сдавать по тексту в месяц. Причем это будут уже не только 3-тысячники, но и 5-тысячники. Кроме того, вы будете писать диссертацию, в которой тоже должно быть не меньше 12 тысяч слов. Синопсис сдается точно также. Синопсис — это самостоятельное произведение. Не черновик, не выдача порции гениальных мыслей. Синопсис сдается точно также, как эссе на 3 или 5 тысяч слов, которое потом, соответственно, масштабируется в диссертацию. Или не масштабируется — там тоже могут быть разные стратегии. Синопсис может быть большой развернутой постановкой проблемы на 3 тысячи слов, и к нему может прилагаться примерная структура описания диссертации. 


Есть разные стратегии построения текста. Когда вы размышляете, как хотите построить текст, думайте о том, кем вы хотите быть в эмблематическом смысле, в отношении проблемы, которой вы занимаетесь. 

Вы хотите быть Шерлоком Холмсом? Или техасским рейнджером? Хотите с лупой исследовать фрагменты глины на ботинке классика или хотите ворваться в салун, где сидят Вебер и Дюркгейм, “казаком” раскрыв вращающиеся двери и выстрелив в муху над барменом?


К сожалению, ковбойские тактики у нас в основном сейчас доминируют. Посмотрите, как пишут тексты некоторые новомодные философы — Брайант в том числе. Это непозволительная широта аргумента. Тем не менее, это нормально, так можно делать, там смысл есть. Если вы не залезли в подошву башмака Вебера и не изучили, какая именно погода стояла на дворе в тот момент, когда он написал шестое грустное письмо Риккерту, но совершили продуктивное движение мысли — этот факт в каком-то смысле вас оправдывает. В моих глазах — нет, но в глазах науки абсолютно оправдывает. Вы можете сделать продуктивное движение, основываясь на двух статьях уважаемых второисточников по теме, а не на десяти статьях уважаемых второисточников по теме, которые были сверены с оригинальным текстом, опубликованном на немецком (причем не в 1922 году, не в книге, подготовленной его супругой, а в оригинале, т.е. в журналах Archieve, но это сильно на любителя). Не хотите этим заниматься? Не надо. Главное, чтобы аргумент был. Чем старше автор, чем старше классик, тем больше по его поводу второисточников. Чем больше по его поводу второисточников, тем больше вы должны прочитать. 


Выпускница 2018 года Ольга Гончарова, которая написала сильную и внятную диссертацию по камерализму, по понятию счастья (статья на основе диссертации опубликована в “Социологии власти”), с самого начала занималась камерализмом, чистала Юсти в русском переводе 18 века, начитывала немецкие второисточники. Из этой истории она вышла на Адама Смита и Гегеля. Но она этим занималась весь год, поэтому у нее получилась хорошая и внятная диссертация. Я не уверен, что она полностью овладела фундаментальной социологией, но темой, по которой написала диссертацию, она овладела полностью. Это — результат. 


Эссе на 3000 слов начинается от 15 источников, а хорошее эссе на 5000 слов, с моей точки зрения, начинается от 25-30 источников. В диссертации еще больше. Хотя, а вдруг вы Витгенштейн? И мы потом будем рассказывать легенды, о том, как вы выходили из библиотеки с томиком Аристотеля. 

В “Археологии знания” Фуко почти нет ссылок на сторонние теоретические ресурсы. Но мне нравится, как это делает Луман: качественно, ссылаясь на все, что релевантно. Он с уважением относится к своим коллегам, он пересказывает их работы. Если он с чем-то несогласен, то четко и внятно указывает, с чем он не согласен. 

Выделите один интернет-поисковик для Шанинки и второй — для жизни. В Google я ищу только то, что связано с академией. У меня по первому же поисковому запросу в гугле выпадают три-четыре релевантных теоретических источника сейчас. Я долго добивался этого результата. Я научил алгоритм отсеивать. 


Разделите жизнь на мирскую и духовную на уровне браузеров.


Сейчас у вас нужный результат выпадет на третьем экране или ниже, а может быть, он вообще не выйдет, потому что поисковик не понимает, чего вы от него хотите.


Три модуса нездорового письма

Теперь немножко Лакана. Это уже связано с манерой письма как такового, с манерой письма как типа активности. В данном случае ссылаюсь на очень хороший  текст Инны Кушнаревой на кольте, который очень много объяснил мне про мою манеру письма, и который может вам что-то объяснить про вашу манеру письма, про ваши отношения с написанием текста. Делез вообще считал, что текст пишет сам себя. У ученицы Лакана и первой жены Жижека — Ренаты Салецл — есть текст про три нездоровых модуса отношения с желаемым: истерический, обсессивный и перверсивный. Кушнарева пишет очень справедливо, что это три типа отношений с письмом, конечно же. 

Истерический тип — когда текст пишется вами быстрее, чем вы успеваете подумать. Как показывает практика, большинство людей в тексте — истерики. Большинство людей пишут быстрее, чем думают и в итоге сдают не текст, который хотели написать, а текст, который написал себя сам. А тот текст, который они хотели написать, никогда не бывает написан. Он никогда не достигается. Если вы садитесь и понимаете, что вас отключило и вы написали полторы тысячи слов, то перечитайте их, пожалуйста, внимательно. Скорее всего, минимум 500 слов там ни о чем. А может быть и 1000. 

Люди с истерическим типом отношения к письму должны учиться себя тормозить. Считайте аргументы в тексте. Когда вы готовитесь к аналитическому чтению, вы в первую очередь должны сесть и посчитать, сколько в этом тексте различений. А потом вы должны эти различения зарисовать в виде таксономической схемы. В письме делайте то же самое. Если вы понимаете, что не можете контролировать свое письмо, если у вас из пальцев рвутся буквы и вы не понимаете, как это остановить, спокойно напишите 1500 слов, сядьте, посчитайте, сколько там введено различений, сколько вы сделали аргументов. Учитесь останавливаться. Люди с таким типом письма обычно вбрасывают аргумент, а дальше начинают его экземплифицировать, и вдруг вы понимаете, что все эссе представляет собой набор каких-то случаев из жизни или случаев из жизни классиков, которые должны иллюстрировать одну-единственную мысль, которая там есть. Но у этих людей есть приятный бонус: скорее всего, вы всегда будете успевать к дедлайну. 


У меня обсессивный тип письма. Это значит, что я не могу расстаться с текстом. Текст, который я пишу, никогда не должен быть дописан. Он слишком прекрасен для того, чтобы отдавать его вам. Вы ничего в этом не поймете. Он никогда не может быть и не будет дописан, поэтому я никогда не успеваю сдать текст вовремя. Я вылизываю текст до состояния, когда я сам перестаю понимать, о чем он  — он слишком прекрасен даже для меня. У людей с таким типом письма способ связывания слов становится немножко крипто. Это таинственное письмо, потому что только вы понимаете, о чем здесь идет речь, и никто, кроме вас, не должен понять, о чем здесь идет речь, поэтому никто и не понимает. Пожалуйста, с таким типом письма не учитесь ускоряться, не поможет. Учитесь писать очень четко во временные диапазоны. На самом деле, если вы правильно спланируете время, начиная с ноября месяца этого года и до конца Шанинки, вам всего-то нужно написать каждый день от 5000 до 10 000 знаков, т.е. примерно 1000 слов, не больше, не меньше. Иначе вы будете писать тексты в 5 утра, к вам будет приходить Гоббс, разговаривать с вами. Это классно, но без этого можно обойтись. 

Не редактируйте, пока не закончите. Не надо писать предложение и переписывать его. Вы никогда не закончите его переписывать. Оно никогда не будет достаточно хорошо для того, чтобы выпустить его в мир. Поэтому сначала пишите целиком, потом садитесь и редактируйте. Я могу потратить месяц на написание первой тысячи слов в статью. Это безумие. Так не надо делать. Надо сначала написать текст, потом сесть и его отредактировать. Истерикам помогает сменить занятие: покачать гантели, помыть посуду. Так прерывается этот абсолютно нерефлексивный поток букв из пальцев, который происходит не из мозга, а напрямую из космоса к вам. Людям с обсессивным типом письма нельзя отвлекаться вообще. Сели, закрыли дверь и пока не написали столько букв, сколько сегодня запланировали, вы не включаете мессенджер, фейсбук, телеграм, телефон. Иначе вы закончите день тем, что, ответив на все письма, вернетесь к тексту, в котором три предложения, ни одно из которых вам, естественно, не нравится. Вы будете их переписывать всю ночь и, скорее всего, сорвете дедлайн. 

Есть счастливые люди. Так называемая перверсивная манера письма — это когда человек считает, что его текст — это центр удовольствия другого. Джойстик в руках — он может повернуть туда, может повернуть сюда. Таких людей меньше всего. Как понять, относитесь ли вы к этому счастливому типу писателей? Вы сели и спокойно, размеренно, не очень сильно обращая внимания на время, написали тысячу слов по теме, которую себе наметили. Без паники, без переписываний, а просто сели и написали. Очень хорошо! Мазл Тов. Рад за вас. Не забывайте редактировать  и не забывайте, что у шанинского письма есть прагматическая цель — показать, что вы овладели материалом, что вы владеете аргументами и т.д. Такого рода тексты — красивые. Они хороши структурно, но очень часто у них нет никакого продуктивного движения мысли. Это просто очень грамотное, внятное, спокойное, выдержанное реферативное изложение того, что человек прочел. Это неплохо. 

Половина работы — пересказ своих мыслей чужими словами, а другая половина — пересказ чужих мыслей своими словами. 

Поэтому нужно уметь делать и то, и другое, но все-таки, если вы счастливый перверт и можете писать без мучений двух вышеперечисленных типов, то, пожалуйста, спрашивайте себя, какой вклад вы внесли в проблему, которую обсуждаете. 

На сайте Шанинки есть правила оформления библиографического списка. Мне больше нравятся старые-добрые сноски, но если вы делаете это по англо-американскому академическому образцу, т.е. когда в скобках указываете фамилию, год: номер страницы, — никаких проблем. Как вам удобнее, так и делайте. Единственная просьба: придерживайтесь либо одного, либо другого способа оформления библиографии. Если вы будете потом писать статьи, то все равно придется подгонять сноски под требования конкретного журнала. В рамках двух способов оформления библиографии выберите тот, который вам больше нравится, а внутри того, который вам нравится, заведите какие-то свои простые правила. Выберите какой-то один способ оформления сносок и библиографии и придерживайтесь его. 

Вы либо делаете сноску в конце страницы, либо в тексте скобку с фамилией автора, годом публикации и номером страницы. 

Если вы не указываете номер страницы, вы не даете цитату. Вы своими словами пересказываете основной аргумент работы, на которую ссылаетесь. И если вы указываете номер страницы, значит там должны идти кавычки, значит, вы сослались на какой-то конкретный фрагмент текста. Указание страницы — это прямая цитата. Если у вас нет указания страницы, значит, вы пересказали аргумент из работы. 

Если цитата на другом языке, нужно дать перевод и написать цитату на русском. Если в библиографии название дано на английском или французском языке, это значит, что вы перевели с того языка, на котором вы это прочли. Если вы пишете эссе на английском, цитата должна быть на английском. Вы можете писать на английском, если вам так проще. 



Шанинские эссе — это упражнения. Диссертация — это прото-публикация. Но и то и другое — это учебные форматы. Это упражнения. Не забывайте об этом.

Расшифровка: Винокурова Наташа
Редактура: Канатова Лиза

7242
Поделиться: