Подборка книг о культурной памяти от Всеволода Герасимова

Подборка книг о культурной памяти от Всеволода Герасимова

Старший преподаватель факультета гуманитарных наук, магистр исторических и политических наук Всеволод Герасимов делится подборкой книг по культурной памяти.
Из всего многообразия (научной) литературы, посвященной памяти о Второй Мировой Войне в целом и ВОВ в частности, я бы хотел, во-первых, поговорить о той, которую я со своими студентами бакалавриата и магистратуры обсуждаю на наших курсах, а во-вторых, сделать особый акцент на графических романах как пространстве коммуникативной/социальной памяти, превращающейся в  функциональную культурную память. Наконец, в-третьих, я считаю, что данные произведения достойны быть в вашей библиотеке.

Деревянкин Федор: "Смерти нет. Краткая история неофициального военного поиска в России"

Выдающееся полевое антропологическое исследование, посвященное тому, как возникла и развивалась субкультура поисковиков – людей, ставящих своей целью найти и захоронить останки пропавших без вести советских бойцов, по возможности их идентифицировав. Через расшифровку многочасовых интервью с активистами движения перед нами встает горькая картина как масштаба потерь Красной Армии, так и условности лозунга “Никто не забыт, ничто не забыто” на фоне ежегодно находимых останков спустя десятилетия после завершения боевых действий. 

Отдельного разговора удостаивается современная историческая политика государства и институции вроде РВИО и Юнармии, что объединяет исследование с документальными фильмами, которые я настоятельно рекомендую к просмотру - “Уездный город Е” и “Живой” в единый мощной смысловой блок о том, как низовая коммеморация инструментализируется исторической политикой государства, обеспечивая символическую легитимацию того, что можно концептуализировать как “вечную войну”.

Нора Круг: "Родина. Немецкий семейный альбом"

Новаторский в своей стилистике графический роман американской писательницы немецкого присхождения Норы Круг, стремящейся не только понять, что значит быть немкой во втором десятилетии 21 века, но и разобраться со скелетами своего собственного семейного прошлого. Ярчайший пример того, как может происходить конструктивная проработка “неудобного прошлого” своих родных (молодой погибший дядя – доброволец войск СС, дедушка – нацист-“попутчик”) третьим поколением, поколением внуков и внучек. Книга ожидаемо стала бестселлером, выйдя осенью на русском, но пока еще как минимум доступна на сайте издательства.

Ольга Лаврентьева: "Сурвило"

Про графический роман Ольги Лаврентьевой, его значение для российских комиксов и исследований блокады Ленинграда, роман как образец литературы постпамяти, написанной третьим поколением, написано и сказано уже столько, что позволю себе процитировать фрагменты собственного текста из статьи “Комикс”, написанной для сборника “Все в прошлом: теория и практика публичной истории” (М., Новое издательство, 2021).

Сигэру Мидзуки: "Дан приказ умереть!"

Беспощадный в своей деконструкции культа героической смерти в частности и войны в целом взгляд японского мангаки, бывшего солдатом и потерявшего руку на Тихоокеанском театре военных действий, является одним из интереснейших образцов репрезентации опыта Второй Мировой войны в комиксах (к каковым исследователи относят и мангу).

Ким-Жандри Кымсук: "Трава. История "женщин для утешения": Из воспоминаний Ли Оксон"

Если в “Дан приказ умереть!” мы видим повседневность войны глазами японских комбатантов, то в “Траве” мы видим повседневность войны глазами ее жертвы, а именно девочки-кореянки Ли Оксон, ставшей сексуальной рабыней в полевом борделе японской армии, т.н. “станции удовольствия”. “Трава” является ярким примером т.н “этического сдвига”, о котором пишет Алейда Ассман, утверждая, что на глобальном уровне нарративы героики уступают свои гегемонистские позиции нарративам жертв тех или иных исторических катастроф, десятилетиями молчавших о своих травмах.
2498