Подборка книг по философии письма от Анны Нижник

Подборка книг по философии письма от Анны Нижник

Анна Нижник, кандидат филологических наук и преподавательница курса по философии письма на программе «Современная поэзия», рекомендует четыре книги об авторстве и текстах. 

В рамках курса речь пойдет об основных философских концептах, связанных с практиками письма, языка и искусства. Основной вопрос: что именно может быть облечено в слово, а что нет, о чем говорит “изреченная мысль”, являются ли язык и искусство слова эмансипаторными или насильственными практиками, как их восприятие меняется параллельно с изменениями в способах жить и мыслить,

1. Мишель Фуко «Что такое автор?»

Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет. – М.: Касталь, 1996.

Имя Мишеля Фуко у всех на слуху, особенно в контексте мрачных аспектов биополитики и паноптикума, которые мы наблюдаем. Но в его наследии была и “светлая” сторона: теория письма как “заботы о себе”, как особого режима чувствования, которое было необходимо античным мыслителям, чтобы вести благую жизнь. Эту идею он разбирает в “Герменевтике субъекта” – книге о понятии, без которого невозможно говорить о литературе, потому что “кто говорит?” – это второй главный вопрос, который задают к текстам: хоть в школе, хоть в декадентском литературном салоне.
Поэтому в курс включен этот текст: мы посмотрим, как Фуко, парадоксальным образом, не соглашается с мрачным предсказанием Ролана Барта о смерти автора и пытается сказать, что автор – это функция, без которой невозможна наша культура и способы различать тексты.

2. Лидия Гинзбург «О психологической прозе»

Гинзбург Л.Я. О психологической прозе. О литературном герое (сборник).  – М.: Азбука-Аттикус, 1971. 

Эта книга опередила свое время. Пока советское литературоведение оперировало понятием “учебы у классиков”, Лидия Яковлевна вложила в свое исследование “человеческих документов” 1830-1840-х годов собственный опыт столкновения с историей и вопрос о том, каково соотношение между общим и частным в текстах разных исторических периодов.
Для меня эти разыскания в том, как можно увидеть в текстах XIX века “практики себя” настойчивые попытки передового русского дворянства “перевоспитать” себя в соответствии с утопическими проектами будущего. Благодаря методу Гинзбург, включившей в свой анализ не только “фикшен”, но и “нон-фикшен”, становится видна связка между личным и политическим – более глубокая, чем политические манифесты, проявляющаяся в доминирующих способах эстетического производства, будь то романтизм, модернизм или любой другой аналитический диагноз, который мы вынесем нашему времени.

3. Джоджо Агамбен «Автор как жест»

Агамбен Дж. Профанации. – М.: Гилея, 2014. 

Агамбен с подозрение относится к практикам говорения: к рациональной “публичной сфере”, канону, золотым стандартам стилистики и всему, что позволяет удобно и приятно потреблять литературу. И в искусстве, и в политике его интересует неразложимый остаток человеческой жизни: созерцание, зазор, негативность. В эссе “Автор как жест” он продолжает мысль Фуко, но говорит, что автор – это не просто функция, а значимая нехватка, пустое место внутри произведения, которое и позволяет нам заселять его своими проекциями и фантазиями.

4. Юлия Кристева «Силы ужаса: эссе об отвращении»

Кристева Ю. Силы ужаса: эссе об отвращении. – СПб: Алетейя, 2019.

Выговаривание травмы стало значимой тенденцией в литературе и критическом анализе последних лет. Природа этой травмы во фрейдистском дискурсе часто связывается с насилием Отца – и это очень понятно для тех, кто живет в патриархальном государстве. Однако Кристева обращается к фигуре матери – неуловимой, но могущественной, живущей в досубъективном мире: мире семантики, интонаций, ритмов, дыхания, благодаря которому тексты приобретают глубину и неоднозначность.

Подача заявок на программу «Современная поэзия» открыта до 28 января. 


155